- Григорий Алексеевич, 50 - дата серьезная, решительная.
Что в этот день вы сказали бы народу? Читатели 'МК" - его немалая часть.

- Скажу, что всех вас люблю, что себя от народа не отделяю и сделаю все, что смогу, чтобы нам всем лучше жилось.
Веселого сказать мне, к сожалению, нечего. А повторять общеизвестный катастрофический набор - не хочу. Диагноз очень серьезный, в двух словах не изложишь, оставим это для подробного разговора.

Я многое понял, многому научился, в том числе и на своих ошибках. Но убеждения мои - прежние: в итоге побеждает не тот, кого считают самым сильным, а тот, кто идет до конца.

При всей внешней мягкости Явлинский - единственный несгибаемый политик. Единственный, кто не изменял ни своим убеждениям, ни своим избирателям.

Он единственный, кто много раз отказывался принять столь вожделенный для многих пост министра, пост вице-премьера. Его обвиняли, что он уходит от ответственности. А он возражал: 'В нашей стране этого можно не бояться. Смотрите, что творили власти, но разве кто-нибудь понес ответственность?"

Идти в правительство он соглашался только со своей командой и со своей программой. 'Власть у нас - куча дерьма, - сказал он как-то. - Если уж идти туда, то для того, чтобы разгребать эту кучу, а не для того, чтобы сидеть в ней и жиреть".

Последний раз пост вице-премьера предлагал ему Примаков. Но это был пост вице-премьера по социальным вопросам. Явлинский ответил: 'Экономика будет рушиться и дальше, а меня отправляете раздавать пенсии?"

Когда Ельцин своей отставкой внезапно назначил президентские выборы на март 2000-го, война в Чечне была очень популярна. Быть против войны означало сознательно оказаться в проигрыше, гарантированно потерять миллионы голосов. Когда на дворе президентские выборы, политики теряют и ум, и совесть и ради голосов готовы на что угодно. Но и в тот момент Явлинский продолжал настаивать, что это катастрофа. А лидеры Союза правых сил (ошибочно считающие 'Яблоко" братской партией), блестя электрическими глазами, возглашали: 'В Чечне возрождается русская армия!" В этот момент трудно было отличить СПС от ЛДПР.

...Это тяжелая задача: быть с народом, не угождая народу, не подлаживаясь под любой психоз.

Чтобы далекие от политики, занятые своими делами люди это поняли и оценили, надо жить долго.

Долгих вам лет, Григорий Алексеевич!