Терроризму нет оправдания. Как нет оправдания вообще никакому умышленному, преднамеренному преступлению, кем бы и в отношении кого бы оно ни совершалось.

Но борьба с любого рода преступлениями, если она ведется в правовом, а не пещерном обществе, базируется не только и не столько на карательных мерах, а, прежде всего, на верной расстановке приоритетов и кропотливой постоянной работе всего государства.

Главный приоритет государства, это записано в Конституции, – человек, его жизнь и достоинство. Защите потенциальных жертв должно быть посвящено все в момент угрозы и опасности. «Государственнические» соображения «чести» и «силы» государства, «мощи» его власти, – все это ничто по сравнению с жизнью одного-единственного человека. Власть наделена правом – и то ограниченным – рисковать жизнью граждан только в случае объявленного состояния войны в связи с широкомасштабной агрессией извне, или же если быстрота действий преступников, например, террористов, исходящая от них прямая и непосредственная угроза объективно и неотвратимо требует немедленного силового вмешательства, например, штурма.

Без понимания природы какого бы то ни было преступления побороть его невозможно. Это относится и к терроризму. Международный аспект в российском терроризме усиливается, но говорить сейчас о решающей роли, наверное, рано. Но угроза очень серьезная, и ее надо видеть. Может возникнуть такой тупик, из которого уже не выбраться.

Случившееся в самолетах, в Москве, в Беслане – не повод для политического красноречия. И все же не высказаться по существу вопроса мы не вправе. Чтобы пытаться победить терроризма, надо существенно менять ту политическую и экономическую. Систему, в которой мы живем. Мер технического характера совершенно недостаточно. Конечно, нужно адекватное усиление проверок. Может быть, нужны кадровые перемены в правоохранительных органах. Но разговоры, как о проверках, так и об отставках чиновников любого уровня превратятся в обманчивый ритуал, если система останется прежней (как и независимое расследование в ныне существующих рамках).

Общество должно стать свободнее, каждый должен иметь возможность без страха публично высказывать свои взгляды посредством слов, не берясь за оружие, даже если эти взгляды противоречат позиции абсолютного большинства страны. Это относится, в частности, к сепаратистам.

Политическая оппозиция должна иметь возможность систематического прямого диалога с самой высшей властью, и через это оказывать влияние на власть, участвовать в общегосударственном процессе, не теряя при этом своей независимости, не превращаясь в игрока.

В ходе общенациональной дискуссии может быть действительно выработана идея страны, основанная на свободе, ответственности и чувстве меры. Власть должна не подавлять, а поощрять такую дискуссию, и ограничивать ее лишь там, где появляется расизм и призывы к антиконституционным насильственным действиям.

Авторитета, а не прав на дополнительные проверки и жестокости, прежде всего не хватает судебной и правоохранительной системе. Сильной может быть лишь система, имеющая репутацию честности.

Наконец, нельзя победить преступность, если людям не выжить исключительно за счет честного труда. Героев, готовых умереть с голоду за свою честность, повсюду немного, в том числе, и на нашем Кавказе.

Сейчас в момент горя и скорби нельзя, кощунственно давать превращать его в истерику «героев толпы». Именно они друзья, союзники террористов.

И последнее. Решения высшей власти в конкретной ситуации могут быть различны. Нравственно и политически вопрос, в конечном счете, не только и не столько в том, ч о случилось, кто приняла какие конкретные решения, кто виноват и что делать, а в том, кого власть защищала и защищает, – граждан или самое себя. Последнее абсолютно недопустимо. Но именно на этом строится поведение современной власти, и не только у нас. Общество приучается принимать и выдавать тяжелейшие поражения за «победы», и этим разрушается. Мы не хотим, чтобы так продолжалось дальше.