Генеральная прокуратура обнародовала вчера сведения о материалах, изъятых 23 октября во время обыска на Кузнецком мосту в Агентстве стратегических коммуникаций (АСК), обслуживающего партию «Яблоко» в рамках думской избирательной кампании. Следователи искали в офисе пиар-агентства материалы о хищениях на ОАО «Апатит» — одном из главных пунктов обвинений, предъявленных главе НК «ЮКОС» Михаилу Ходорковскому и президенту МФО «Менатеп» Платону Лебедеву. Вчера руководитель управления информации Генпрокуратуры Наталья Вишнякова заверила журналистов, что искали не зря. Кроме «бесхозных» $700 тыс. из офиса на Кузнецком мосту изъяли пять серверов с ценной информацией, базу данных налоговой полиции и схемы ухода от налогов предприятий, подконтрольных НК «ЮКОС». Госпожа Вишнякова продемонстрировала журналистам также изъятую во время обыска в агентстве «АСК» схему, которой в «ЮКОСе» якобы руководствовались, уклоняясь от налогообложения. Корреспондент «Столичной» Ирина Ненашева обратилась за комментариями к директору АСК Вадиму Малкину.

Скажите, Вадим, зачем вашему агентству целых пять серверов?

— У нас их было всего два. Видимо, у Генпрокуратуры плохо с арифметикой, либо они нашли что-то, чего у нас не было. Кстати, в протоколах значатся именно два изъятых сервера, а не пять. В наших компьютерах была установлена система безопасности, реагирующая на попытку физического взлома. Но Вишнякова говорила, что, дескать, наши сотрудники бегали с кислотой и поливали серверы. Это неправда.

По поводу изъятых документов: их тоже было всего два — устав ЗАО «АСК» и копия свидетельства о его регистрации. Ни одного финансового документа в ходе обыска изъято не было. Что касается баз данных налоговой полиции, о которой говорит Генпрокуратура, то я вообще не понимаю, что это такое. Налоговой полиции, как известно, с некоторых пор вообще не существует. Ее упразднили. А ее баз данных я никогда не видел и даже не слышал об их существовании. Единственная версия в этой связи представляется мне правдоподобной: вполне возможно, что за базу данных налоговой полиции следователи приняли компьютерную программу «1C — Бухгалтерия», которую мы использовали для подготовки нашей финансовой отчетности, но в ней ничего кроме форм бухгалтерской отчетности и интерфейсов для ее заполнения нет. — Представитель Генпрокуратуры продемонстрировала вчера журналистам схему ухода от налогов, которую изъяли в офисе во время обыска.

— У меня складывается впечатление, что дизайнеры из Генпрокуратуры использовали эскизы схем убийств президента Кеннеди и Улофа Пальме. Я бы посоветовал им съездить пару раз в метро и использовать в работе еще и схему Московского метрополитена. Это бред.

— И, наконец, вопрос о гигантской сумме в американских долларах, которую нашли во время обыска.

— Я провел собственное расследование и выяснил, что эти семьсот тысяч долларов принадлежат третьему лицу, имя которого по договоренности с ним я назвать не могу. Они были просто переданы на хранение. Эти деньги не имеют никакого отношения к хозяйственной деятельности агентства, и я этих денег не видел. Они действительно могли быть упакованы в американском банке. Но, насколько мне известно, всегда, когда речь идет о крупных суммах, получаемых легально через российские банки, их выдают, не распаковывая, в упаковках американских банков, из которых они легально получены. Это обычная практика. Но если Генпрокуратура решила пришить нам еще и контрабанду валюты, то они пришьют, можете не сомневаться. Но есть человек, которому эти деньги принадлежат. И Генпрокуратура неправа.

— До сих пор не очень понятно, какие мотивы были у следователей, обыскавших АСК. Не связано ли это с тем, что ЮКОС, как известно, финансировал «Яблоко», а вы с этой партией связаны напрямую?

— Я не исключаю, что такой мотив был. Мы тоже очень долго гадали, почему пришли именно к нам, но так до сих пор до конца и не поняли. Но если поставить все действия Генпрокуратуры в ряд, то логика в ее действиях есть — это логика ковровых бомбардировок. Сначала обыскивают детский лицей, финансируемый ЮКОСом, потом офис адвоката, обслуживающего компанию. Но лицей и адвокат прямо связаны с ЮКОСом, а у нас с этой компанией никаких прямых связей нет, кроме как через «Яблоко». Но прослеживается очевидный политический подтекст — это месть «Яблоку» за жесткую позицию по ЮКОСу. На неделе, предшествовавшей последним скандальным событиям, связанным с арестом Ходорковского, депутаты Госдумы от «Яблока» и из других фракций выступили с призывом рассмотреть деятельность Генпрокуратуры на Совете безопасности. Обыск был намеком «Яблоку»: если хотите, чтобы избирательная кампания закончилась для вас благополучно, — не рыпайтесь . А последствия обыска серьезные — изъяты все рабочие документы по избирательной кампании «Яблока». Люди в агентстве сейчас сидят без интернета и электронной почты. Серверы в лучшем случае вернут нам через месяц, то есть за неделю до дня голосования. Сотрудники агентства готовы к специфическим проблемам, которые могут возникнуть у нас. Боюсь, что таких проблем не избежать. Сейчас для Генпрокуратуры важно защитить честь мундира. Пришли, обыскали, чего-то там нашли, значит кто-то обязательно должен понести ответственность.