В обзоре:
• Шок во Франции после референдума
• Франция “отрекается от ведущей роли в ЕС”
• Евроконституция: краткость – сестра таланта
• Договор о выводе российских баз из Грузии
• Пожары в сибирских лесах
• Размышления о британских тихоходах

Шок во Франции после референдума

“Гардиан” посвящает редакционную статью, красноречиво озаглавленную “Страх поедает душу”, политической ситуации в самой Франции, и приходит к неутешительному выводу: “страна находится в состоянии шока”. Хотя опросы общественного мнения и предсказывали поражение конституционного проекта, результаты голосования показали, насколько Франция не доверяет своим лидерам.

“Гардиан” полагает, что следующий ход президента Ширака очевиден – избавиться от непопулярного премьер-министра Раффарена. Вопрос в том, кто займет его место. Станет ли им харизматичный и амбициозный Николя Саркози, претендент на президентское кресло в 2007 году, которого Жак Ширак не переносит на дух? Или премьерский пост достанется более спокойному и надежному, хотя и несравненно более скучному Доминику де Вильпену?

Но грядущая смена премьеров – а в этом “Гардиан” практически не сомневается, – не есть главный результат французского референдума. Голосование показало, насколько раздроблено общественное мнение в стране. Раскол внутри ведущих политических партий отразил многообразие опасений французов по поводу дальнейшей судьбы Евросоюза и своего места в объединенной Европе.

“Что бы ни случилось дальше, результат роковой авантюры Жака Ширака обнажил смятение в политической и социальной системе страны, – пишет “Гардиан”. – Он подтвердил старое правило, что, созывая референдум по одному вопросу, следует быть готовым к тому, что население сделает свой выбор на основе других, не связанных с ним вопросов и проблем”.

“Не будет преувеличением сказать, что будущее Евросоюза, состоящего из 25 стран и 455 миллионов жителей, попало под огонь в битве за душу агонизирующей и несчастной Франции”, – на такой довольно трагической ноте завершает свой комментарий “Гардиан”.

Франция “отрекается от ведущей роли в ЕС”

“Дэйли телеграф” рассматривает референдум во Франции через призму франко-германских и британских интересов. Его результаты газета называет “водоразделом в послевоенной истории Европы” и считает, что, проголосовав против европейской конституции, Франция отреклась от своей ведущей роли в ЕС.

С момента подписания Маастрихтских соглашений в 1992 году Франция и присоединившаяся к ней позже Германия определяли темп движения Европы. Воскресный референдум сместил центр влияния на восток, полагает “Дэйли телеграф”. “После объединения Германия сделалась самым многочисленным государством ЕС, разместившимся в географическом центре Европы, – пишет газета. – Французы чувствуют себя в меньшинстве, уязвимыми перед лицом экономической конкуренции со стороны вновь вступивших в Евросоюз стран и, принимая во внимание большое число мусульман, опасаются присоединения к Союзу Турции”. Эти факторы, по мнению “Дэйли телеграф”, в большой степени объясняют столь убедительное “нет”.

“Шансам Жака Ширака на следующих президентских выборах нанесен смертельный удар. Германский канцлер Герхард Шрёдер, потерявший влияние в самой населенной земле Германии, Северной Рейн-Вестфалии, тоже поставлен на колени, – безжалостно констатирует “Дэйли телеграф”. – Сама мысль о том, что эта два лидера – мотор Европы, просто смехотворна”.

В попытке реабилитировать себя оба, скорее всего, сосредоточат внимание на вопросах внутренней экономической политики, прогнозирует газета. При поддержке германского канцлера французский президент уже выступил против либерализации европейского рынка услуг, на который приходится 70% совокупного ВВП стран Евросоюза. Оба лидера поддерживали вступление Турции в ЕС, но роль, которую страна сыграла в исходе голосования, видимо, заставит их занять более консервативную позицию в отношении не только Турции, но и Болгарии и Румынии.

Все это, с одной стороны, противоречит интересам Великобритании, долгое время стремившейся к экономической либерализации ЕС в целях повышения его конкурентоспособности на мировых рынках. С другой стороны, Тони Блэру, как следующему президенту Евросоюза, представляется уникальный шанс проявить себя в роли сторонника свободной рыночной Европы, уверенно смотрящей в будущее. Результат референдума во Франции снимает необходимость аналогичного голосования в Великобритании, что дает премьер-министру свободу для маневра.

“Тони Блэру представляется шанс вывести Европу из своего древнего склеротического состояния и предоставить ей возможность более реалистично почувствовать, какое место континент занимает в мире”, – считает “Дэйли телеграф”.

Любопытно отметить, что в прошлом номере “Дэйли телеграф” убедительно доказывала необходимость проведения референдума в Великобритании независимо от результатов воскресного голосования во Франции и предстоящего в среду референдума в Нидерландах, где, как ожидается, проект конституции тоже не ждет ничего хорошего. На карту поставлено не только слово премьер-министра, написала накануне газета британских консерваторов, не забыв напомнить читателю, что теперь это слово уже не так надежно, как раньше. С 1975 года британцы не имели возможности высказать свое мнение о европейской интеграции, и трения в отношениях с Европой во многом обусловлены тем, что британцам кажется, что их игнорируют. Чем продиктован столь резкий разворот в одном из ключевых вопросов внутренней политики, “Дэйли телеграф” не объясняет.

Евроконституция: краткость – сестра таланта

Похожей точки зрения придерживается и “Таймс”, считающая, что провал референдума во Франции открывает новые возможности для Тони Блэра. “Европейскую “конституцию” обрекла на поражение спесь ее авторов, которые должны были сблизить Евросоюз со своими гражданами, а вместо этого создали малопонятный, полный самолюбования талмуд, столь милосердно усыпленный французами, – комментирует “Таймс”. – Возможно, для Жака Ширака это политическая катастрофа, для Тони Блэра – это благоприятное стечение обстоятельств”.

“Таймс” тоже отмечает, что результат голосования во Франции избавляет британского премьера проводить аналогичный, и заведомо проигрышный, референдум у себя дома. Для начала ему следует избавиться от проекта конституции. Многотомная и малопонятная концепция европейской конституции с самого начала была нежизнеспособной, считает газета.

Ее должен был, и все еще может заменить краткий, легко усваиваемый список политических, а не юридических принципов, под которым жители Европы подписались бы куда более охотно.

С присоединением новых членов назрела необходимость упростить механизмы работы Евросоюза, убеждена “Таймс”. “Только краткое описание, своего рода эскиз, политических принципов существования объединенной Европы сможет выглядеть одинаково убедительно для юриста в лондонском Сити, пражского ди-джея и фермера на Корфу”, – пишет газета. Следует также более активно привлекать новых членов ЕС к разработке этих принципов и правил. Захлопывать дверь перед носом у Турции тоже не следует.

В качестве следующего президента ЕС Тони Блэру представляется уникальная возможность добиться этих целей, тем более, что он уже говорил об этом ранее. Выступая в Палате общин британского парламента три с половиной года назад, премьер-министр сказал, что европейцы ожидают от ЕС “больших результатов, лучших ответов на практические вопросы, а не создания европейского супер-государства или европейских институтов, вторгающихся во все сферы жизни граждан”. Этот тезис уложился в одно предложение, для того, чтобы его озвучить, не потребовалось 65 тысяч слов текста созданной Валери Жискар д’Эстеном конституции (и столько же слов в приложениях к ней), подчеркивает “Таймс”, и продолжает: “Часто самые трудные и комплексные проблему легче решить самым простым способом.”

Договор о выводе российских баз из Грузии

“Индепендент” не менее горячо обсуждает будущее объединенной Европы, но находит место и для комментария по поводу отношений между Россией и Грузией. Всего месяц назад Россия и Грузия публично бросались взаимными обвинениями, пишет газета. Грузия протестовала по поводу присутствия российских военных баз, Россия обвиняла Грузию в попытке испортить празднование Дня Победы.

А вчера последовало скудное заявление Москвы о том, что спор разрешен: Россия начнет вывод войск уже в этом году, и закончит его в 2008. “Таким образом, если исключить возможность взаимонепонимания или отказа от договоренностей, завершился спор, поставивший две страны на грань войны и дававший бесконечное количество поводов для разногласий и противоречий”, – пишет “Индепендент”.

Однако значимость этого соглашения простирается гораздо дальше: российские войска в Грузии олицетворяли собой пережиток советской эпохи, но при этом были и символом российского влияния, утверждает “Индепендент”. Их присутствие как бы оттеняло независимость Грузии, завоеванную не один раз, а дважды – в 1991 году и во время “революции роз”. Михаил Саакашвили сделал ликвидацию российских баз своим личным патриотическим делом.

Однако у этого стремления были и практические мотивы, замечает “Индепендент”. Близость российских войск придавала уверенность трем пророссийским анклавам – Абхазии, Аджарии и Южной Осетии, которых в Тбилиси рассматривали не иначе как “пятую колонну Москвы”, всегда готовую обеспечить массу неприятностей любому грузинскому лидеру, попытавшемуся вывести страну из тени России.

Вывод баз лишит эти анклавы поддержки и поставит перед выбором: или с известной долей автономии существовать в пределах грузинской границы, или обречь себя на перманентное, и наверняка бессмысленное, состояние мятежа. Таким образом, уход российских войск с территории Грузии существенно облегчает Саакашвили задачу объединения страны, считает “Индепендент”.

Выгода России меньше, но тоже ощутима, продолжает газета. Во-первых, это дает ей возможность организованно вывести войска, а не эвакуироваться в спешке. Соглашение о выводе баз также делает возможным заключение формального договора о границах. Беспокойная обстановка на южных границах России, постоянно подогреваемая событиями в Чечне, уже давно беспокоит Москву, и любые меры по обеспечению безопасности южных рубежей не только принесут успокоение в Кремле, но и помогут стабилизации региона в целом, подчеркивает “Индепендент”.

“Достигнутое вчера соглашение дает основания думать, что Россия наконец учится жить в пределах своих постсоветских границ, – завершает “Индепендент”. – И это вполне позитивное развитие событий”.

Пожары в сибирских лесах

Еще одна российская тема на страницах сегодняшних британских газет – пожары в сибирских лесах. “Гардиан”, ссылаясь на российских ученых, сообщает читателям, что за последние 20 лет число пожаров выросло десятикратно. Летом 2003 года пожары в той или иной мере затронули 22 млн. гектар сибирских лесов – примерно половину площади Франции. Только за один день в июне американский спутник зафиксировал 157 пожаров на площади в 11 млн. гектар, клубы дыма от которых достигли японского города Киото, пройдя путь в 5000 километров.

Лесные массивы жизненно важны для снабжения планеты кислородом, напоминает газета. Их размеры учтены Киотским протоколом, а сами леса являются частью своего рода “валюты”, в которой ведется торговля квотами на выбросы в атмосферу углекислого газа в рамках того же соглашения, которое, кстати, ратифицировала и Россия. До недавнего времени внимание общественности и средств массовой информации в основном было сосредоточено вокруг лесов в Южной Америке и Индонезии.

Сибирские леса, не менее важные для жизни на планете, напомнили о себе в 2003 году, когда пожары в Сибири и на Дальнем Востоке были столь сильны, что дым и сажа от них достигли Сиэтла на другом берегу Тихого океана.

“Гардиан” цитирует доктора Анатолия Сухинина из Красноярского института лесничества: “Один из факторов – это, несомненно, глобальное потепление. В результате засухи становятся более продолжительными, сильными и частыми. Второй фактор – недостаток средств. Мы не в состоянии как следует защитить наши леса, на эту работу отпускается очень мало денег. Кое-какое оборудование осталось с прошлых времен, нас поддерживают некоторые организации, но правительство нас не финансирует”.

Журналисту “Индепендент” Стиву Коннору удалось также побеседовать с доктором Сухининым, и в своей статье на ту же тему он пишет, что часто пожары в сибирских лесах – это дело рук человека. Российские леса находятся под защитой федерального законодательства, однако цена древесины по мировым меркам невысока, и потому на пожары часто не обращают внимания.

Однако во многом рост числа пожаров объясняется российской системой лицензий на вырубку леса. Поврежденные огнем лесные массивы обходятся гораздо дешевле, однако большая часть древесины в них вполне пригодна для обработки, да и валить их легче. “После пожаров древесина становится лучше, и в это время люди могут прийти, нарубить деревьев и продать древесину в Китай за хорошие деньги, – сетует доктор Сухинин. – Китайцы платят хорошо, и к тому же платят те же деньги за древесину из поврежденных огнем районов”.

Для тушения пожаров необходима специальная авиация. Россия разработала пожарные самолеты, но у института их нет, их приходится арендовать, часто за рубежом, что влетает пожарным в копеечку. Самолеты российского производства тем временем идут на экспорт.

“Индепендент” отмечает, что после распада Советского Союза сотрудничество российских ученых с западными коллегами вышло на новый уровень. Например, НАСА поставляет россиянам данные о пожарах со своих спутников. Кстати, именно ученые НАСА в результате трехлетнего спутникового наблюдения автомобильных и железных дорог крупных и небольших городов вывели достаточно четкое соотношение, позволяющее предположить, что большинство пожаров происходят не от удара молнии – лес поджигают люди.

Размышления о британских тихоходах

В детстве, зачитываясь Конан Дойлем, я часто удивлялся, почему поезда, на которых Шерлок Холмс ездил расследовать очередное преступление, отправлялись с вокзалов в такое необычное время – 5:46, 9:14, и удивлялся исключительной пунктуальности британцев. Пожив несколько лет в Англии, я убедился, что отходящий строго по расписанию поезд здесь так же редок, как черный жемчуг, но утешал себя мыслью, что, во всяком случае, теперь к месту назначения можно добраться гораздо быстрее – ведь современный поезд куда быстрее паровоза.

Статья в сегодняшнем номере “Таймс” вдребезги разбила и эту иллюзию: оказывается, путешествуя из пункта А в пункт Б, сегодня мы тратим времени больше, чем четверть века назад, а иногда и больше, чем во времена королевы Виктории.

Согласно упоминающемуся, кстати, у Конан Дойля железнодорожному справочнику Брэдшо, изданному в 1900 году, расстояние между Ливерпулем и Манчестером экспресс покрывал за 40 минут. Сегодня на это уходит на семь минут больше. В 1898 году добраться из Портсмута в Саутгемптон можно было за 35 минут, сегодня – за 46. В 30-ые года прошлого столетия экспрессы на паровой тяге в среднем ходили со скоростью 80 миль в час. Сегодня, если ваш поезд делает в час больше 60 миль, считайте, что вам крупно повезло.

Причин несколько. Во-первых, увеличилась длина и, соответственно, вес составов, да и поездов на британских железных дорогах стало куда больше. Во-вторых, выросло количество остановок. Но даже там, где их число осталось прежним, продолжительность путешествия все равно увеличилась в среднем на 15-20 минут. Не помогают ни новые скоростные поезда, ни современные, управляемые компьютерами семафоры. Вот тебе и технический прогресс…

С другой стороны, может, оно и к лучшему, философски замечает “Таймс”. И куда только так спешили наши беспокойные предки? “Давайте переименуем наши поезда: Челтенэмский экспресс пусть называется Дидкотский лодырь, Летучего Шотландца назовем Эдинбургским Событием, а из Лондона в Бирмингем будем ездить в спальном вагоне”. И наслаждаться из окна красотами природы.

Обзор подготовил Михаил Смотряев, Русская служба Би-би-си
Краткая версия статьи на сайте Би-би-си:
http://news.bbc.co.uk/go/pr/fr/-/hi/russian/press/newsid_4594000/4594839.stm