«Проблема 2008 года» долго, хотя и незримо присутствует в российской политике в виде закулисных маневров влиятельных групп во власти. Раньше она касалась передела крупной собственности и баланса сил в госаппарате. Теперь же вопрос преемственности власти все отчетливее проявляется и в сфере публичной политики. За изменениями конфигурации политического поля явственно проступают контуры новой предвыборной диспозиции. А политики всех уровней наперебой твердят о том, что страна должна заранее определиться, кому достанется государственная власть после 2008 года.
На политическом поле развитие ситуации определенно и предсказуемо. Среди либералов по-прежнему царят «разброд и шатания», не лучше обстановка и в стане левых и социал-популистов. Коммунисты удовлетворились ролью тихой оппозиции и ничего серьезного, кроме поднадоевших обществу протокольных акций протеста, не предпринимают. В рядах «Родины» – раскол, который ведет к падению популярности и рогозинского, и бабуринского крыльев. Рядовой избиратель оказывается перед перспективой снова отдать голос за «Единую Россию», которая хоть и утомила, но все же находится рядом с реальной властью. Еще более определенной становится предвыборная диспозиция и в отношении президентской кампании. Внезапный отъезд за границу Константина Мерзликина после беседы в Генпрокуратуре резко снизил шансы его шефа, экс-премьера Михаила Касьянова, на участие в следующих президентских выборах. А значит, выбирать придется среди политиков из близкого окружения Владимира Путина.
Однако ярких и пользующихся широкой популярностью фигур среди них почти нет. Поэтому политическая элита все чаще высказывается в пользу сохранения Владимира Путина на посту главы государства и после 2008 года. В последние недели поддержать эту идею поспешили политики самого разного калибра. От депутатов Петербурга и Приморья, не разбирающихся в тонкостях конституционного права, до глав субъектов Федерации – Михаила Прусака и Леонида Маркелова. Не забыл оседлать любимого конька и глава Совета Федерации Сергей Миронов. Подобная активность понятна – политики хотят засветить свое имя среди тех, кто предлагал «правильное» решение, и тем самым создать себе хорошие перспективы.
Однако еще одним важным мотивом, побудившим их выступить, стало недавнее высказывание самого президента о том, что сам он, может быть, и не против остаться на третий срок, да вот Конституция не позволяет. Региональные депутаты, а с ними и президент Марий Эл поспешили предложить простое и радикальное решение – исключить из Основного закона страны упоминание о запрете главе государства избираться три раза подряд. Но, видимо, они не придают большого значения тому, что сам Путин неоднократно высказывался против каких-либо изменений Конституции как правовой основы стабильности. Значимость этого замечания лучше понимают более опытные политики – спикер Совета Федерации Сергей Миронов и новгородский губернатор Михаил Прусак.
Поэтому в их высказываниях о том, что Путин должен остаться лидером страны и после 2008 года, содержались намеки на иное решение. Можно предположить, что речь шла о создании реального Российско-Белорусского союза. Хотя и в этом случае едва ли удастся избежать поправок в Конституцию РФ. Впрочем, сейчас подобные детали не очень важны, поскольку они указывают иной путь решения «проблемы 2008 года», чем разрешение третьего срока. В явно набирающей темпы дискуссии нельзя исключить возвращения и к старой идее преобразования России в парламентскую республику, где лидером нации должен стать сильный глава правительства. Вполне вероятно, что могут быть высказаны и еще более экзотические предложения.
Однако это вовсе не значит, что «проблема 2008 года» может быть легко решена – стоит только выбрать оптимальный вариант ее решения. За каждым из них скрываются вполне определенные интересы. И для тех, например, кому по всем параметрам больше подходила бы идея третьего президентского срока для Путина, перспектива создания союзного с Белоруссией государства может казаться пугающей. В результате ее реализации на российской политической сцене появится фигура Александра Лукашенко. А тем, кто привык осуществлять свои интересы, используя отработанные неофициальные каналы властных отношений, характерные для нынешней суперпрезидентской системы в России, едва ли подойдет парламентски-президентская республика с ее большей публичностью и распределением власти по разным центрам принятия решений. Так что борьба за «правильное» решение неизбежно перерастет в острую борьбу интересов наверху с мало понятными пока результатами и последствиями как для самих верхов, так и для страны в целом.
***
Адрес статьи на сайте “Газеты”:
http://www.gzt.ru/rub.gzt?rubric=novosti&id=64054900000062876
