В общественном сознании россиян, в том числе и чеченцев, Басаев, Радуев, Бараев - это террористы. А вот каков статус Масхадова?

По отношению к этой личности мнения расходятся. Одни считают его законным президентом Чечни. Другие - одним из лидеров незаконных вооруженных формирований. Третьи - по причине его активного участия в многочисленных переговорных процессах и подписании Хасавюртовских соглашений - миротворцем. Четвертые - организатором террористических актов и, следовательно, террористом. Пятые: шестые...

Действительно, личность Аслана Масхадова противоречива, как неоднозначны и противоречивы его поступки.

Да, Масхадов не был ни в Буденновске, ни в Кизляре, ни в Первомайском: Но уже когда эти террористические вылазки закончились успешно, Масхадов взял ответственность за их планирование и организацию на себя.

Масхадов не брал заложников с целью получения выкупа. Но подчиненные ему лидеры боевиков это делали постоянно. Масхадов лично присвоил звание бригадного генерала Арби Бараеву, хотя знал, что этот человек - работорговец № 1, и про урус-мартановских братьев Ахмадовых все знал тоже. Да и не знать было нельзя. Ведь тюрьмы для заложников они содержали абсолютно открыто.

На выборах в напарники на должность вице-президента Масхадов пригласил Ваху Арсанова. И при этом опять-таки знал, что тот причастен к похищению людей, например министра образования Чечни Леонида Гельмана, и лично получил за него выкуп в 200 тысяч долларов.

Все окружение Масхадова в большинстве своем - террористы и работорговцы.

Одни - Али Итаев (командир бригады спецназа), Нурди Бажиев (замминистра внутренних дел), Доку Умаров (секретарь совета безопасности) - делали это открыто, другие, среди которых почти все масхадовские министры, получали свою долю от работорговли. Как у нас сказали бы - <откат>.

Когда Масхадов пытался опереться на порядочных людей, то его же полевые командиры съедали новых приближенцев моментально. Такая участь постигла Казбека Хаджиева, бывшего пресс-секретаря Масхадова, и руководителя гостелерадио Ичкерии Лему Чабаева. Министра безопасности Чечни Лечу Хултыгова, пытавшегося навести хоть какой-то порядок, бандиты попросту расстреляли, а Шадида Баргишева, руководителя отдела по борьбе с похищениями людей, взорвали.

С гибелью этих людей, а также после безуспешной попытки Масхадова с помощью антитеррористического центра Хункар-Паши Исрапилова летом 1998 года из Урус-Мартана силой отбить у Ахмадовых и Бараева англичан Камилу Карр и Джо Джеймса (Масхадову их освобождение было необходимо в связи с его готовящимся визитом в Великобританию) Чечня окончательно превратилась в открытый рынок работорговли. (Правда, то, что не удалось Масхадову силой, Борис Березовский сделал за деньги. Камила и Джо были освобождены, а визит Масхадова в Великобританию все-таки состоялся. Правда, тут же были похищены еще трое англичан и новозеландец. И их судьба оказалась трагичной.)

Власть президента Масхадова закончилась не осенью 1999 года, когда федеральные войска, отразив набег Басаева и Хаттаба на Дагестан, последовали за ними в Чечню, а гораздо раньше. Слово президента в пиратском государстве не имело никакого веса с лета 1998 года.

Впрочем, те, кому приходилось общаться с ичкерийской властью неформально, имели возможность сделать подобные выводы гораздо раньше, как и убедиться в уголовной сущности вооруженных формирований.

Нынешний руководитель ГУВД Москвы генерал-лейтенант Владимир Пронин с апреля по июль 1997 года исполнял обязанности представителя МВД России при МВД Ичкерии.

Однажды он спросил у первого вице-премьера республики Ичкерии Шамиля Басаева, с которым ехал в одной машине на похороны замминистра МВД Ингушетии, как освободить ни в чем не повинных людей, похищенных даже не в Чечне, а на сопредельной территории. Второй человек в Ичкерии ответил: будем обменивать.

Впрочем, взгляды Басаева мало чем отличались от позиции первого человека в ичкерийском государстве. Я не раз встречался с Масхадовым по поводу судеб людей, содержащихся в застенках на базе пограничной и таможенной службы Чечни в 15-м городке, что неподалеку от Ханкалы. Большинство находящихся там были транзитными пассажирами с электричек, следовавших через территорию Чечни из Ставрополя в Дагестан. Я привозил Масхадову письма от жен, матерей, детей заложников и уговаривал освободить их. После долгих переговоров мне могли сказать так: <Возьми одного любого>, - а в следующий раз: <Возьми троих>. Хотя в тот момент на этой базе сидели десятки заложников.

Но при этом сам Масхадов никогда не пользовался дивидендами от торговли людьми. Ему достаточно было полученных средств от торговли нефтью и нефтепродуктами. Но зарабатывать на торговле людьми своим подчиненным Масхадов возможность давал. За что те, в свою очередь, одаривали подарками масхадовское окружение.

Так, после выкупа журналистов ОРТ Ильяса Богатырева и Владислава Черняева, а также группы Елены Масюк с НТВ охрана Масхадова и Арсанова получила от работорговцев Али Итаева и Нурди Бажиева в подарок новое личное оружие, в частности, пистолеты <Беретта>.

Бывший офицер службы национальной безопасности Ичкерии рассказывал мне, что зарплату они получали только после выкупа очередной группы заложников.

На вопрос, мог ли Масхадов выйти из этой игры, замешанной на террористических вылазках и работорговле, я отвечаю: мог. Но только выход возможен был один - смерть. Секретарь Совета безопасности Ичкерии Доку Умаров, с которым я встречался в его собственном доме в Октябрьском районе Грозного, сказал мне: <Я заявил Масхадову, что соглашаюсь принять эту должность при условии: если Масхадов пойдет на какие-либо переговоры с Россией, то первым пущу ему пулю в лоб>.

Сейчас Доку Умаров после возвращения из Грузии (жил в Тбилиси под чужим паспортом) является главным организатором террористических актов прежде всего против чеченцев, сотрудничающих с федеральной властью. Но в свое время, после тяжелого ранения в челюсть, полученного при выходе из Грозного в январе 2000 года, Умаров за возможность лечиться в Нальчике попутно сдал Главному управлению по борьбе с организованной преступностью России Багаутдина Темирболатова - головореза, более известного по кличке Тракторист, а также помог найти труп генерала МВД Геннадия Шпигуна:

Масхадов добивается от руководства России переговоров. Поскольку не видит иной возможности выйти из игры. Ведь Басаев и ему подобные не пощадят не только самого Масхадова, но и его семью, его детей, которые сейчас благополучно живут в Малайзии, сделай Масхадов какое-либо резкое движение. Собственное окружение гораздо опаснее для Масхадова и его семьи, чем все спецслужбы России, вместе взятые. Последние в худшем случае убьют самого Масхадова.

Поэтому Масхадов ищет выход.

И тем не менее на вопрос, надо ли идти на какие-либо переговоры с Масхадовым, я бы ответил положительно. Надо. Ради спасения человеческих жизней, ради предотвращения новых террористических актов надо работать с такой противоречивой фигурой, как Аслан Масхадов.

Нельзя давать возможность консолидироваться различным группировкам незаконных вооруженных формирований. Необходимо использовать противоречия между ними и внутри них. Своими громкими заявлениями, нередко жестокостью при проведении зачисток политические руководители России и военные в Чечне способствуют обратному.

И пока все это будет продолжаться, не закончится война в Чечне, война в России.

Постоянный адрес статьи: http://2002.novayagazeta.ru/nomer/2002/83n/n83n-s01.shtml