«Доброй ночи и удачи!» — крылатая фраза в Америке. Ею завершалось популярнейшее политическое шоу Эдварда Мэрроу. Хриплый голос короля тележурналистики был знаком всем со времен Второй мировой. Во время его репортажа из Бухенвальда далекие от войны американцы заглянули в пропасть смерти и по-настоящему ужаснулись. Фильм Джорджа Клуни, как и его режиссерский дебют «Признания опасного ума», посвящен телевидению. В основе сюжета — незабываемая схватка в прямом эфире между Мэрроу и сенатором от штата Висконти Джозефом Маккарти.

Клуни удается невозможное — реинкарнация времени. 1954-й. Пять телепередач, которые если не потрясли, то уж точно — изменили мир. «Смотрите сами» (See it Now) — прайм-таймовая программа CBS. Невидимые лучи эфира, жар студии, сплоченная команда телерепортеров-соратников, размокший крахмал белых воротничков, звенящее напряжение. И телеэкран, превращенный в арену для битвы гладиаторов на пике карьеры самого успешного из журналистов с обретшим скандальную мировую славу политиком. Джозеф Маккарти — председатель комиссии по расследованию антиамериканской деятельности. Пылесос, снующий по углам и вычищающий страну от «зловонного» коммунизма, а заодно и людей, ему симпатизирующих. Паранойя охоты на ведьм в разгаре, сам Маккарти — на коне триумфальной кампании по насаждению в послевоенной Америке страха и трепета. Поэтому решение Мэрроу провести публичное расследование деятельности неприкасаемого волкодава ставит под угрозу не только его лично, но программу и телеканал.

Одна из первых передач «серии противостояния» посвящена увольнению из ВМС летчика Мило Радуловича, признанного виновным без суда и следствия. В итоге расследования, проведенного в телеэфире, его восстановят на службе. И тогда обвиненный либеральным тележурналистом в демагогии и нарушении демократических прав американцев Маккарти «наедет» лично на Мэрроу, на глазах всей Америки обвинит его в сочувствии коммунистам. Стрелка весов испуганно застынет… А Мэрроу и его команда пионеров телерасследования, превративших новостные передачи в захватывающий телевизионный хит, анатомируют безотказный механизм «машины по уничтожению инакомыслия». Главный способ действия — запугивание с помощью шумных процессов, массовых увольнений, депортаций эмигрантов, клеветы, выискивания коммунистов среди родственников «седьмой воды». Все — непременно в закрытых слушаниях, обвинения, как правило, не подлежат разглашению в силу секретности, чистки сопровождаются предложениями доносить на близких…

9 марта 1954 года вышла программа Мэрроу «Смотрите сами», рисующая портрет сенатора Маккарти… натурально из речей Маккарти. Автопортрет политика-фанатика, полностью себя разоблачающего. Это требовало безупречно точной, доказательной журналистской работы. Результат — тысячи звонков и писем с поддержкой. Общество оттаивало, а режим потепления включил Мэрроу: «Мы не будем жить в страхе, когда каждый боится за другого. Страх не заставит нас впасть в безумие…» (из программы от 9 марта).

Как считает Клуни, эта лента крайне важна для нынешней Америки. Он разделяет мнение, что объявленная администрацией Буша война с терроризмом привела к нарушению прав американцев. Он дал в «открытом эфире» выступить политику, идеи которого вновь востребованы сегодня, который ложкой страха отравлял продекларированные гражданские свободы. «Власть, не терпящая возражений и сомнений, всегда развращает», — цитирует Мэрроу Клуни. Его фильм еще раз доказывает: наша история такова, какой мы ее делаем.

Фильм как открытый урок демократии. Вопросы, которые он ставит, настолько злободневны в сегодняшней России (как и в Америке), что его прокатная судьба вызывает опасения. Можно ли оставаться патриотом, критикуя власть? Кто должен провести черту между расследованием и преследованием, инакомыслием и предательством национальных интересов, справедливым приговором и «басманным» правосудием? Может ли аналитическая программа превратиться в настоящее шоу, не преступая этических и нравственных рамок? И что стоит профессиональная честь журналиста в главном конфликте между корпоративными интересами и качеством информации?

Блестящие скетчи тележурналиста не имеют срока давности. Прав Клуни, доверившийся его таланту. Слушать Мэрроу интереснее, нежели тексты, сочиненные профессиональными сценаристами. Говорили, что выглядел он так, будто на его плечах тяжелая ноша — целый мир. Дэвид Стрэтхерн придерживается строгого актерского рисунка; с неизменной сигаретой в кадре (причиной смерти Мэрроу станет рак легких) его герой бесстрастно «расстреливает» фактами оппонента, разоблачая ложь, ведет равный диалог с человечеством, рискует, но предупреждает…

Не только интеллектуал Стрэтхерн, весь актерский ансамбль «в роли» команды «Смотрите сами» обладает непостижимой органикой. Достоверность жаркой эпохи в этом сверхскромном фильме высекается не только из реальных текстов, хроники, записей программ… Мир сужен до размеров студии. Студия середины 50-х воспроизведена почти с германовской внимательностью к деталям. Черно-белая стилистика. В аккомпанементе — джазовый блюз: фортепиано переговаривается с контрабасом. Хроника переплетается с игровыми сценами практически без швов. Крупные и средние планы. Процесс подготовки передачи приковывает внимание наравне с эфирными «кульминациями». Журналисты в раже перебивают друг друга, подтрунивают, поддерживают…

Атмосферу, драйв, азарт, риск нужно было «надышать» во время съемок. Снимали вот как. Исполнители (все микророли в команде Мэрроу играют именитые актеры) приходили в «новостную» комнату, усаживались за пишущие машинки, погружаясь в прессу одного из дней октября 1954-го. Отбирали реальный материал для гипотетического телешоу. Когда через пару часов в комнату незаметно вползала камера, она заставала «летучку» — бурную полемику, каждый «продавал» для вечернего выпуска «свой» материал, доказывая его сенсационность.

Главного оппонента Мэрроу сенатора Маккарти сыграл сам Маккарти. Его характер решен документально, только через хронику и телезаписи. Возникла даже шуточная идея выдвинуть его номинантом на «Оскар» за роль второго плана. Здорово сыграл. Неприглядно. Страшно. По Мэрроу, победить маккартизм и страх, им развеянный, — вопрос глобальной безопасности. И вопрос чести журналиста. По Клуни — вопрос ответственности четвертой власти.

Ныне звезд в тележурналистике, подобных Мэрроу, что-то не видно. Да и в истории случаев, когда журналист передачей «переворачивал» мир, — единицы. Как Кронкайт, открывший глаза американцам на истинную ситуацию во Вьетнаме и аморальность войны. Тогда президент Джонсон сказал знаменитую фразу: «Я потерял Кронкайта — значит, потерял страну». Но четвертой власти предрешено быть в конфликте с властью предержащей. Как только противостояние переходит в заискивающее похлопывание по плечу, журналистика опускается в разряд обслуживающего персонала, ползая у ног власти, захлебывающейся в коррупции.

Этот фильм о праве зрителей «смотреть самим», сравнивая разные точки зрения на происходящее в мире. И о цинизме «надиктовывания» с экрана универсального, унифицированного взгляда на вещи, одобренного по рецепту Оруэлла сверху, — для утративших способность думать самостоятельно. Сейчас в Америке обсуждается «Закон о патриотизме», американцы решают, «готовы ли они поступиться гражданскими свободами, чтобы спасти государство». Фильм призывает к дискуссии: «Нельзя отстаивать свободу за границей, пренебрегая ею у себя дома». Это про Америку? Или про нас? Как и цитируемый авторами Кассий: «Мы сами, а не звезды сделали нас рабами».

После времен разброда и шатания мы окунулись в эпоху телевидения, приватизированного властью, превратившегося в средство массовой дрессировки потребителей и электората. Мы — лапутяне, уставившиеся в ящик, тот самый свифтовский «хлопальщик». Теперь он указывает нам, кого слушать, куда смотреть, когда и как говорить. Как подлинные лапутяне, боимся любых изменений в «небесных телах». «Время Всеобщего Испуга», предрекаемое классиком, настало, выползло из ящика в наши квартиры. А ведь об этом и предупреждал нас один из авторитетнейших телеведущих ХХ века Эдвард Мэрроу, пытавшийся противостоять охоте на ведьм.

Вскоре после «битвы» непрогибаемого стоика Мэрроу с Маккарти спонсор программы See It Now отказался от нее… Несмотря на неблагостный, вполне реалистичный финал, этот тихий, яростный и бескомпромиссный фильм доказывает право СМИ отстаивать собственные, пусть непопулярные, взгляды, предупреждает об угрозе окостенения живого телевидения в клонах тотального «развлекалова».

Джордж Клуни — один из самых успешных актеров Америки, увенчанный-привеченный славой, — предпочитает делать строгое, честное, малобюджетное, по расценкам Голливуда, кино. Отдавая дань памяти отважным журналистам (отец Клуни тоже был телеобозревателем), готов сам жертвовать… Известно, что накануне съемок он перенес операцию. Когда финансисты высказали сомнение, сможет ли страдающий от болей в спине режиссер закончить работу, Клуни написал закладную на собственный дом…

Сегодня ученые сочиняют умные тома о влиянии телевизионного потока «на сознание современного индивида», а ТВ продолжает своим магическим «ластиком» стирать это сознание, его индивидуальные особенности. ТВ превратилось в наркотик без вкуса и запаха, средство ухода от действительности. Произошла подмена понятий. Вместо свободы, за которую бились журналисты, — видимая вседозволенность в перетряхивании грязного белья. Вместо просвещения, о котором говорил Мэрроу, — попсовая требуха. Конфуций же предупреждал, что ложные именования, искривляя порядок вещей, ведут к катастрофам исторического масштаба. Так что впору на полную катушку врубать по громкой трансляции Мэрроу: «Большинство из нас, наверное, считает, что мы не могли бы быть свободными без газет, и по этой причине мы хотим, чтобы газеты были свободными».

Автор: Лариса Милюкова