К этому событию телевидение с недавних пор готовит нас как к последнему и решающему сражению, от исхода которого зависит, быть России иль не быть. Нет, это не саммит «большой восьмерки» и даже не Олимпийские игры, а весьма скромный в мировом культурном масштабе песенный конкурс «Евровидение», который не имеет никакого особенного веса и авторитета, но куда Россия своих провожает питомцев как мать-Земля в популярной некогда песне Ольги Воронец: «Долетайте до самого Солнца. И домой возвращайтесь скорей».

На сей раз наш питомец чуть-чуть не дотянул до самого Солнца. Представитель России Дима Билан занял второе место, что по сравнению с прошлогодним результатом (15-м местом «девчоночки фабричной» Натальи Подольской) — огромный успех и настоящая победа.

Нам бы, как говорится, жить да радоваться — ну, допустим, не заткнули за пояс всю Европу, как мечтали, но все же показали, что и мы не лыком шиты, заставили-таки старушку Европу рукоплескать обаятельному русскому пареньку, лихо спрыгивающему с рояля, из которого только что вылезла наша же русская красна девица, невесть как уместившаяся под крышкой музыкального инструмента: знай наших!

Но мы же, повторюсь, готовились не поразить, а завоевать Европу. Убить ее наповал. И с этой точки зрения случился облом, требующий объяснения. Вот в студии «Первого канала» и собрались политики, спортсмены и деятели шоу-бизнеса, чтобы проанализировать причины облома и объяснить зрителям, что наше второе место — самое что ни на есть первое. Или даже Гран-при.

На самом деле собрались они в студии Андрея Малахова раньше, до облома, — чтобы напутствовать Диму Билана перед «последним и решительным боем». «Никогда еще мы не имели на «Евровидении» артиста на две, три, пятьдесят три головы выше, чем вся Европа», — вопил ярый российский патриот Отар Кушанашвили (в недавнем прошлом он, оскорбленный в лучших патриотических чувствах, выбежал голым на футбольное поле, где только что наши проиграли португальцам. За такой вот, с позволения сказать, голый патриотизм наш герой был препровожден в лиссабонскую кутузку и оштрафован). «Ты представляешь там весь православный мир, — увещевал Диму Билана перед началом конкурса Владимир Жириновский. — Но помни и о том, что ты член ЛДПР, а я — лидер партии».

Сам представитель всего православного мира во время прямого телемоста с Афинами заверил, что прекрасно понимает, что такое патриотизм (это когда слезы текут при виде российского флага и звуках российского же гимна), а на вопрос, к кому он обращается в своей песне с мольбой никогда не покидать его, скромно пояснил: «К Богу». Во как. А все-то думали, что к любимой девушке.

Потом доктор Курпатов (новая восходящая звезда «Первого канала») давал нашему конкурсанту правильную психологическую установку, певица Анита Цой советовала убрать слезы из глаз, публика, размахивая российскими флагами, кричала «Димон — чемпион», и буквально все предрекали, что через год конкурс «Евровидение» пройдет уже в Москве.

Через два часа стало ясно, что следующий конкурс пройдет в Хельсинки. Студия негодовала. Один лишь депутат Хинштейн объявил, что очень доволен: «Финляндия — бывшая союзная республика, поэтому победили мы». Дальше — больше. Тот же Хинштейн обозвал всех участников «Евровидения» гастарбайтерами и уродами. Кушанашвили назвал победителей «ослами из Финляндии». И все сошлись на том, что мы, безусловно, лучшие не только в песнях, но и вообще: «Россия — лучшая страна, старушку Европу подменили, и скоро мы этот конкурс пожрем».

Триумфатор Дима Билан, вновь появившись на телемосте из Афин, тоже решил не отличать поражения от победы, без тени смущения признал себя лучшим и, развернув в кадре российский флаг, пылко объяснялся в любви к России и ко всем собравшимся в студии «Первого канала».

Андрей Малахов, бегающий по студии как оглашенный, на неполиткорректные, а порой и попросту хамские высказывания своих гостей никак не реагировал и отнюдь не пытался хоть как-то унять этот патриотический раж (слава богу, Кушанашвили на сей раз в знак протеста не разделся и даже не матерился, хотя и это было в прямом эфире в прежние годы).

Кто-то из англичан сказал: «Будем патриотами, не забывая, однако, что мы еще и джентльмены». Патриотов в студии было в тот вечер хоть отбавляй. Джентльменов не нашлось.

А что случилось-то? Ну, проиграли. Ну, обидно. Но зачем других-то в грязи валять? Зачем самоутверждаться за чужой счет и устраивать патриотические пляски на голом месте? Тем паче, что и наш милый Дима — не Карузо, и песня, которую он спел на «Евровидении» и которую гости «Первого канала» тут же возвели в ранг народной, — даже не «Подмосковные вечера».

За два дня до финала «Евровидения» телеканал «Россия» показал документальный фильм «Муслим Магомаев. Прерванное молчание». Супер, мегазвезда советской эстрады Муслим Магомаев согласился после долгого перерыва принять у себя телевизионщиков и рассказать о том, почему он неожиданно для всех покинул сцену — в зените славы, в расцвете лет.

Выяснилось, что все неизбежные атрибуты славы, которые большинство нынешних звезд воспринимает как должное и всеми силами к ним стремится, — фанатизм поклонников, постоянный прицел фото- и телекамер, вопли, поцелуи, любовные признания, охапки цветов — самого Магомаева отнюдь не радовали. Более того, сделали его жизнь невыносимой. Именно поэтому он теперь живет почти что затворником, не участвуя в модных тусовках, тщательно оберегая пространство своей частной жизни и почти ни с кем, кроме самых близких ему людей, не общаясь.

Выяснилось также, что трезво и критично оценив свои возможности, певец решил, что его лучшая творческая пора позади, и добровольно ушел со сцены, хотя мог бы еще петь да петь, как поют сегодня многие из тех, кто начинал свою творческую деятельность в те же времена, что и Магомаев.

Но Магомаев так не смог и не захотел. Требовательность настоящего художника к себе победила в нем естественное тщеславие и желание большинства артистов до последнего оставаться на плаву — даже если лодка дает течь и на глазах у всех все глубже и глубже погружается в воду.

И вот еще что. Ни разу в этом фильме Магомаев не сказал о себе: «Я — звезда!» Или — «Я был лучшим». За него и про него в фильме это говорили другие — артисты, певцы, музыкальные критики. Скромность, интеллигентность и требовательность к себе — редчайшие по нынешним временам качества, которые напрочь отсутствуют у большинства современных «звездулек», поющих слабенькими голосишками пару-тройку популярных на месяц-другой песенок и раздувающихся от сознания собственного величия.

Контраст — разительный. Так и хочется вслед за поэтом воскликнуть: «Да, были люди в наше время. Не то что нынешнее племя». Не то.

Нынешнее племя, даже победи оно на «Евровидении», вряд ли войдет в историю. Масштаб мелковат. А Магомаев войдет. Уже вошел. И не нужно ему более суетиться и мелькать на экране, чтобы его помнили.

Дима Билан, конечно, приятный и способный юноша. Но отождествлять его с лучшим, что есть в России, а то и с самой Россией, по меньшей мере преждевременно, а по большому счету порочно. Во-первых, большое видится на расстоянии. А во-вторых, как писал Гете, «не может быть ни патриотического искусства, ни патриотической науки». Бывает просто наука и просто искусство, которые величием своим завоевывают мир. Помните, у Пастернака? «Я весь мир заставил плакать над красой земли своей?»

Мне кажется, что ни от Димы Билана, ни от его «народной песни» мир не заплачет. Чего ж тогда стулья ломать? Получается форменная патриотическая комедия.

***
Оригинал статьи:
http://www.izvestia.ru/petrovskaya/article3093193