С началом военных действий в Ираке ситуация вокруг этой страны кардинально изменилась. Новая обстановка делает маловероятным успешное продолжение линии на политическое урегулирование иракской проблемы в той же форме и с теми же участниками, как это мыслилось до начала войны. Россия должна ставить перед собой новые цели, исходя прежде всего из своих долгосрочных национальных интересов.

Исход военной кампании США в Ираке представляется вполне очевидным, несмотря на неопределенность ее временных рамок. И хотя наше негативное отношение к одностороннему применению силы в обход ООН понятно и справедливо, сегодня требование немедленного прекращения военных действий по меньшей мере наивно. Ведь оно равносильно призыву к США признать свое поражение в Ираке. Такой поворот событий не только нереален, но и не отвечает интересам России.

Понятно нежелание России позволить использовать ООН в целях легитимации военных действий против Ирака. Однако ограничение обсуждений в ООН вопросами оказания гуманитарной помощи иракскому гражданскому населению на деле ведет к самоустранению организации от решения более широкой проблемы. Важно поэтому, чтобы поиск путей урегулирования в Совете Безопасности был продолжен как можно скорее, еще до окончания военных действий. Чем дольше продлится нынешняя пауза в ООН, тем меньшей будет роль этой организации в урегулировании кризиса. Соответственно, тем меньшей будет и роль России как постоянного члена СБ.

Франко-германо-российская антивоенная коалиция возникла в основном по тактическим соображениям. И Франция, и Германия уже ищут пути восстановления диалога и вывода их отношений с США из кризиса. Британский премьер оказывает им в этих усилиях посильное содействие. Россия не должна остаться в стороне от этого процесса, несмотря на “оскорбленное” нарушением Устава ООН чувство.

В этой ситуации, на наш взгляд, приоритетное значение для России должно иметь решение трех задач.

Во-первых, было бы правильным вернуть ООН и ее Совету Безопасности ключевую роль в борьбе с угрозами миру и безопасности. Во-вторых, надо сделать все, чтобы ликвидировать наметившийся раскол и восстановить взаимодействие пяти стран: США, Великобритании, Франции, Германии и собственно России. И наконец, пора начать работу по выработке нашей оптимальной реакции на подобные кризисы в будущем.

В интересах решения этих задач целесообразно добиваться преодоления разногласий России, Франции и Германии, с одной стороны, и США и Великобритании – с другой.

Имеет смысл поддержать усилия британского премьера, направленные на достижение консенсуса в вопросе о будущей роли ООН в иракском урегулировании.

Важным политическим шагом в этом направлении могла бы стать встреча лидеров России, Франции и Великобритании. Такая встреча могла бы положить начало согласованию общих позиций с участием представителей США и Германии. С тем чтобы не позднее встречи лидеров “восьмерки” ведущих демократических государств мира во Франции “пятерка” могла выступить с совместной инициативой в Совете Безопасности ООН.

Политические консультации можно было бы проводить, исходя из нескольких принципиальных позиций.

После окончания военных действий в Ираке должно быть создано переходное правительство, которое опиралось бы на международную администрацию, имеющую мандат Совета Безопасности ООН.

Нужно обеспечить территориальную целостность Ирака. Подвергавшиеся дискриминации группы населения должны быть представлены в органах государственного управления.

Разоружение Ирака и ликвидацию базы для производства оружия массового уничтожения и средств его доставки следует довести до конца под контролем международной администрации.

Государствам евроатлантического региона необходимо выработать общую стратегию в отношении наиболее опасных факторов, подрывающих международную безопасность. Сегодня наиболее “горячим” в этом смысле становится Ближний и Средний Восток.

Источник: Вадим Разумовский. Как реорганизовать антивоенный союз. “Московские новости”, 9 апреля 2003 года