«Шокотерапия» для Америки: приучение к абсурду

21.01.2019

 

Уже месяц Трамп отказывается утвердить бюджет, который не включает средства на строительство стены на мексиканской границе. Демократы отклонили его просьбу о выделении на эти цели $5,7 млрд. В результате американское правительство все это время не работает.

Это самая продолжительная приостановка работы правительства (шатдаун) за всю историю страны. Не функционирует около четверти федерального правительства, не выделяются средства на оплату труда 800 тысяч сотрудников. В январе эти люди, включая тюремных охранников, сотрудников аэропортов и агентов ФБР, не получили первую в этом году зарплату. Из-за шатдауна некоторые международные аэропорты были вынуждены закрыть свои терминалы: приостановка работы правительства вызвала острую нехватку сотрудников служб безопасности. И несмотря на то, что сотрудники служб безопасности являются федеральными служащими с особой ответственностью и по закону обязаны работать, даже если им не платят зарплату, многие из них, как пишут американские СМИ, в знак протеста против ситуации оформили себе больничные. Среди самых опасных последствий шатдауна — частичная приостановка работы Федеральной службы проверки качества продуктов питания и лекарств (Food and Drug Administration), 41% сотрудников которой вынуждены оставаться дома.

По оценкам S&P Global, к 12 января шатдаун уже обошелся американской экономике в $3,6 млрд. Такими темпами уже на этой неделе потери окажутся больше, чем стоимость самой «мексиканской» стены.

Как отмечает BBC, начинающийся в США хаос наводит на мысль о политической дисфункции и подрывает всякое доверие к власти у населения. Американский деловой мир также обеспокоен. Многие средние и малые предприниматели терпят убытки, особенно в тех случаях, когда необходимо получить какие-либо официальные документы, лицензии, разрешения и т. п., а правительственные учреждения не работают. «Еще немного — и начнется паника», — цитирует одного из них BBC. Политическому противостоянию в США не видно конца.

Президент Трамп хочет построить на границе с Мексикой стену и создать соответствующую заградительную инфраструктуру протяженностью 1609 км (протяженность всей границы — 3100 км), утверждая, что это решит проблему нелегальной миграции и ввоза наркотиков на территорию США. Против возведения стены выступают не только демократы. Согласно опросам, более половины (от 51 до 58%) американцев негативно относятся к выделению бюджетных денег на это строительство, а порядка трех четвертей (73%) ожидают ухудшения отношений с Мексикой.

Тем не менее Дональд Трамп намерен продавливать свое решение. Президент объявил, что, если конгрессмены не отступят, он может ввести в стране чрезвычайное положение. «Если не получится [договориться с демократами], я, несомненно, сделаю это», — пообещал Трамп.

 

«ШОКОТЕРАПИЯ» ДЛЯ АМЕРИКИ

На первый взгляд, все это, как и многие другие экзотические элементы политического поведения Трампа и его администрации, выглядит по меньшей мере странно. Однако это только внешнее впечатление. На самом деле ни сам Трамп, ни его ближайшее окружение вовсе не глупы и не импульсивны. Они проводят для Америки своего рода «шокотерапию», шантажируя политических оппонентов и граждан, создавая перманентную истерию в обществе, чуть ли не ежедневно демонстрируя дисфункцию всей действующей политической системы, беспомощность и неэффективность конструкции «сдержек и противовесов».

Цели применения этого «шока» — авторитарная трансформация политической системы, подчинение и оттеснение на задний план Конгресса и судебной власти, дискредитация и уничтожение независимых от сверхкрупного капитала масс-медиа, унижение и тем самым ослабление авторитета и самостоятельности различных элитных групп, включая госчиновников и экспертов, а также превращение в перспективе Республиканской партии в «вертикально интегрированную» жестко авторитарную группировку со значительным влиянием крайне правых и откровенных националистов.

Близость Трампа к ультраправым силам в США видна невооруженным глазом. Совсем недавно известный националист Патрик Бьюкенен призвал Трампа ввести в стране чрезвычайное положение, чтобы в обход Конгресса добиться выделения средств на строительство той самой стены. Бьюкенена считают одним из старейших и главных идеологов крайнего националистического крыла республиканцев. Он известен, в частности, тем, что, будучи сотрудником администрации Рейгана, заблокировал расследования Министерства юстиции по вопросу о ввозе в США после Второй мировой немецких ученых, работавших на нацистский ВПК, а в 1990 году публично выступил с отрицанием преступлений нацистов в Треблинке. Между прочим, Бьюкенен еще и большой поклонник Путина и глобального путинизма. В 1999-м, когда Трамп временно вышел из Республиканской партии и заигрывал с демократами, он называл Бьюкенена «поклонником Гитлера», что соответствовало действительности. Зато теперь президент США приветствовал в твиттере Бьюкенена и причислил его ни много ни мало к «великим людям» Америки.

С первых дней президентства Трампа ведущие игроки финансового рынка — крупнейшие банки и инвестиционные фонды на Уолл-стрит — поддерживали и положительно реагировали на политику нового президента и всячески создавали для него позитивный экономический фон, независимо от любых его действий во внутренней и внешней политике, его экстремистской риторики и стиля. Пожалуй, не будет большим преувеличением сравнить такое поведение американских бизнес-элит с позицией крупнейших германских корпораций и банков в период прихода к власти НСДАП в 1933 году.

Неслучайно и Трамп начинает пересматривать в сторону ослабления даже те половинчатые и недостаточные меры, которые были приняты после кризиса 2008 года для повышения устойчивости банков, включая более жесткие требования к их капитализации, ежегодные стресс-тесты и т. п. С целью постепенного снятия механизмов контроля с финансовых гигантов американский президент сократил бюджет службы финансового мониторинга.

Кстати, совершенно поразительно читать в американской прессе, что, уже сидя в Белом доме, Трамп продолжает получать колоссальные доходы от своих сделок с недвижимостью. Причем самой крупной сделкой его фирмы за прошлый год стала продажа комплекса 46 субсидируемых федеральным правительством зданий в Бруклине. Трамп владел 4% акций этого комплекса и выручил за его продажу $36 млн. И хотя Конгресс, конечно же, обратил внимание на эту сделку и заявил, что это конфликт интересов (все-таки выгодополучатель не кто иной, как президент США), у нижней палаты парламента не хватило власти, чтобы воспрепятствовать этому. Вот такая приватизация государства.

 

НОВЫЕ ПРИЯТЕЛИ

С приходом Трампа к власти незыблемые когда-то связи США с такими союзниками, как Франция, Германия, Великобритания и Канада, уже не кажутся столь прочными. У нынешней американской администрации, судя по всему, иные представления о союзах и их необходимости. Экономические союзы сегодня вряд ли представляют для США особый интерес: логика экономического национализма и торговых войн не очень-то стимулирует такой вид сотрудничества.

Наиболее примечательна, пожалуй, политико-идейная близость трамповского Белого дома с персоналистскими режимами, сросшимися с олигархическим капиталом. В основе такого партнерства лежит общая заинтересованность в укреплении авторитарных систем управления, расширении национализма и изоляционизма, ограничении прав и свобод человека, ослаблении международной интеграции и торговли. Как правило, это сопровождается грубым давлением на оппонентов, нагнетанием социальной истерии, препятствованием самоорганизации непривилегированных слоев общества, ослаблением и выхолащиванием смысла деятельности представительных и иных демократических институтов, минимизацией любых социальных и экологических обязательств.

Судя по внешнеполитической линии Трампа, сегодня наиболее желанными неформальными партнерами Белого дома в этом «авторитарном интернационале», несмотря на периодически возникающие тактические разногласия и даже столкновения, являются Китай, путинская Россия, Саудовская Аравия и ее союзники в регионе, эрдогановская Турция, Бразилия под управлением недавно избранного ультраправого президента Болсонару, европейские правые, которые уже находятся у власти или при власти в Италии, Австрии, Венгрии, Польше. В определенном смысле к числу стран, которым симпатизирует Дональд Трамп, относится даже Северная Корея: неслучайно Трамп публично выражал свое уважение Ким Чен Ыну, а в кулуарах восхищался «любовью и преданностью» северокорейского народа своему вождю. Это сильно контрастирует с его отношением, например, к Макрону или Меркель. 

 

ПРИУЧЕНИЕ К АБСУРДУ

Трамп, если дело не дойдет до импичмента, что на данный момент очень сомнительно, вне всяких сомнений, выдвинется на второй срок и может вполне рассчитывать на переизбрание. Успех его кампании будет зависеть прежде всего от ситуации в экономике и от того смогут ли демократы, осознав нависшую над политической системой США опасность, выдвинуть яркого и сильного демократического кандидата и провести мощную избирательную кампанию.

Пока же можно сказать, что эксцентричные черты характера Дональда Трампа выполняют полезную для него и его политического лагеря функцию — способствуя формированию необходимого общественного климата. Кстати, точно так же патологические черты характеров некоторых хорошо известных российских думских персонажей, благодаря нахождению их у власти и с помощью СМИ, транслирующих политическую патологию, способствовали формированию извращенного общественного климата, благоприятного для политики нынешней российской власти.  

Приучение к абсурду происходит сейчас и в США.


* * *

Политика Дональда Трампа не является каким-то специальным заговором. Трамп реализует политику, диктуемую непреодоленными причинами и последствиями мирового финансового кризиса, гигантским неравенством, страхами перед глобализацией и в целом ходом политических событий последних десятилетий, соединенным с новыми далеко  неоднозначными явлениями в технологиях и экономике. Все это создало предпосылки, подготовило почву и обусловило именно такую политику нынешнего президента США. Политику, объективно направленную на установление авторитарного правления, опирающегося на интересы сверхбольшого бизнеса, национализм и изоляцию. Неспособность увидеть и понять будущее привела к политике возврата в прошлое с лозунгом «Make America great again». Такой путь в прошлое и есть движение к протофашистской системе.