Итак, свершилось: правительство приняло проект военной реформы. Одни специалисты считают это прорывом после долгих лет топтания на месте, другие - продолжением этого топтания. Но ясно одно - еще несколько лет бесплодных дискуссий, и властям оставался бы только один выход, примерно такой, каким воспользовались большевики в 1918 году: старую армию распустить и вместо нее на совершенно иных принципах, "с нуля" строить новую.

Столь радикальные решения, с далеко не всегда предсказуемыми последствиями, являются ценой "отложенных" реформ. Необходимость каковых вроде бы все признают, но на практике все их продвижение ограничивается бесконечными дискуссиями и согласованиями. Таких реформ в нынешней России постепенно накапливается критическая масса - административная, налоговая, пенсионная, муниципальная. Но вот если с армейской реформой радикальное решение по принципу "закрыть и создать заново" - задача хотя и архисложная, но все-таки выполнимая, то в отношении других подобные перспективы просматриваются с трудом.

Нельзя в один "прекрасный" день уволить весь государственный аппарат, а на его место набрать новый. Точно так же трудно представить, что в какой-то момент пенсионные деньги в стране кончатся и миллионам наших сограждан, получивших право на заслуженный отдых, будет предложено перейти на "вольные хлеба". Поэтому здесь последствия могут оказаться самыми неприятными.

Вообще говоря, "отложенные реформы" - это бич российской истории. За непроведенные или застрявшие где-то на середине социально-экономические и политические реформы конца ХIХ - начала ХХ века Россия заплатила тремя революциями, кровопролитной гражданской войной, коллективизацией и другими социальными экспериментами, сломавшими жизнь десяткам миллионов людей. "Брежневская подморозка" страны в 70-е и промедление с реформами в конце 80-х обошлись распадом страны, утратой значительной части производственного, технического и интеллектуального потенциала, в конечном счете привели к созданию общества, застывшего в переходном состоянии.

Печально не только то, что это было в нашей истории, а то, что каждый раз российскому политическому классу приходится заново открывать простые истины: все попытки избежать назревших преобразований, отодвинуть их под благовидными предлогами на неопределенные сроки заканчиваются разрушительными последствиями. Как сказал когда-то Василий Ключевский, безусловно, знавший толк в истории, она ничему не учит, а только наказывает за незнание своих уроков. Поэтому нынешние дебаты вокруг того, что и когда делать, снова заставляют убедиться в правоте истины, что история повторяется.

Можно только гадать, чем может обернуться для России очередной раунд "отложенных реформ". Безусловно, новым массовым исходом наиболее талантливых, энергичных, желающих творить новую реальность, а не жить по принципу - "день прошел - и на том спасибо". Нельзя исключить, что не удастся избежать даже территориальных потерь. В конечном итоге ослабленной в экономическом и военно-техническом плане стране с редеющим населением будет трудно удержать столь обширные территории. Скорее всего, "отложенные" реформы приведут к необратимой деградации производственного потенциала.

Впрочем, подобные гадания важны не сами по себе и не для того, чтобы спрогнозировать антикризисные меры в ситуации, в которой в принципе ничего нельзя будет изменить. Они могут лишь служить способом активизировать российскую элиту сегодня, когда еще не поздно что-то предпринять. Но для того, чтобы это лекарство хоть как-то подействовало, нужно многое менять. В первую очередь психологию. Нельзя к переменам подходить в состоянии сладкой дремы, наподобие той, в которую погрузилось сказочное Додоново царство перед тем, как рассыпаться. Нельзя опираться на инерцию движения в расчете, что авось каким-то образом проскочим через препятствия, расставленные историей.

Разумеется, многих представителей российской элиты то, что есть, вполне устраивает. А что касается Додонова царства, так мы сегодня живем в эпоху глобализации, когда перемещения людей, денег осуществляются в считанные часы. Следовательно, его "сказочный" опыт не может восприниматься как особо пугающий. Поэтому, наверное, вновь, как и в конце 80-х - начале 90-х, актуальным становится вопрос о формировании "команд" единомышленников, обладающих идеями, видящих и, главное, понимающих, что и как надо менять. В этом смысле история действительно повторяется.

Нельзя к переменам подходить в состоянии сладкой дремы.

***

Другие статьи политолога Андрея Рябова, сотрудника Центра Карнеги в Москве читайте в рубрике «Умный разговор».