– Хороший номер, или вы рассчитывали на другой?

– Ну конечно, это хороший номер. Первый номер хороший, и номер 11 тоже хороший. Кроме того, этот номер идет сразу после номера 10. А сегодня номер 10 достался партии, которая называется “Единая Россия”, так что у “Единой России” – 10, а следующие мы – хорошо.

– Как вы думаете, для избирателя имеет значение, какое место в бюллетене для голосования занимает партия? Влияет ли это на его предпочтение?

– Мой избиратель умеет читать. И это точно. Поэтому какой бы номер у меня ни был, он сможет прочитать название партии и сможет ее найти в бюллетене, тем более номер 11 – это яркий, прекрасный, многообещающий номер.

– Обычно партии активно используют в своей агитации номера в избирательных бюллетенях. Вы как-то планируете обыграть выпавшее число 11?

– Да, но мы только что узнали о нем. И что можно сделать с цифрой одиннадцать, я еще не знаю. Штаб сидит, думает, что можно сделать с цифрой одиннадцать. Что-нибудь придумает, я думаю. Просто я еще не знаю об этом.

– Из парламентской гонки выбыли три партии, Центризбирком не допустил их к регистрации. Как вы относитесь к этому решению?

– Я сожалею. Я считаю, что нужно сделать такое законодательство, чтобы значительно большее число партий могло участвовать в выборах. Я считаю, что это будет более правильным. Я вообще считаю, что у нас реакционное законодательство. Хотел бы просто подчеркнуть это. Я считаю, что плохо, что у нас такой барьер – 7%, а в некоторых городах – 10%. Я считаю, что такие правила сбора подписей, что нормальная партия не может собирать подписи просто потому, что не хватает времени. Я считаю, что залоги в размере многих миллионов долларов – это совершенно неправильно. 60 миллионов рублей – ну, куда это? Это имущественный ценз. Я считаю, что это тоже неправильно. Я считаю неправильным, что нельзя делать блоки между разными партиями, я считаю, что неправильно, что нельзя приглашать к себе в партию членов других партий – это тоже я считаю неправильным. Я считаю неправильным, что нет общественных наблюдателей, российских, я имею в виду. Иностранные – это отдельная тема. Я все это считаю неправильным. Я считаю, что выборы должны быть прозрачными. Вообще-то я считаю, что не надо бояться собственного народа, понимаете? Вот не надо думать, что он такой безответственный и совершенно безграмотный. Я считаю, что если бы был процентный барьер 5% или 3%, все равно выбрали бы людей ответственных и серьезных, особенно если бы были дискуссии, и можно было бы реально излагать альтернативу. Ведь что нужно гражданам? Гражданам нужно видеть альтернативы и выбирать между альтернативами. А если выбрать не из чего, так тут какой выбор? Это и не выборы.

– На какой результат на выборах вы рассчитываете?

– Результат, который мы хотим достичь, – это создание фракции в Государственной думе. Вот у нас 10 лет была фракция в Государственной думе, и теперь мы хотим вернуть нашу фракцию в Государственную думу. Фракцию независимую, никому не продавшуюся, ни разу никого не обманувшую, фракцию профессионалов, фракцию людей, которая умеет решать стратегические задачи России. Самые важные. И при этом не забывать судьбу людей, их права, их свободы и их достоинство. Вот такую фракцию мы мечтаем создать в Государственной думе. И сделаем все, чтобы такая фракция была.

– Считаете ли вы эту цель достижимой?

– Ну конечно. Иначе мы бы не участвовали в этом во всем. Это очень будет трудно – достичь этой цели. Вполне возможно, что это будет даже превосходить наши возможности, но мы считаем, что мы в любом случае будем продолжать свою деятельность. Более того, мы хотим сказать, что то, что наши граждане видели в 90-е годы, никакого отношения к демократии, демократической системе не имеет. Именно поэтому “Яблоко” все эти годы находилось в жесткой оппозиции и к курсу, который проводил Чубайс, и к курсу, который проводил Ельцин, и к курсу, который проводил Черномырдин, если он вообще какой-то курс проводил. С самого начала “Яблоко” было сформировано как демократическая партия, которая не считает манипуляции и криминальные реформы 90-х годов демократическим направлением. А теперь мы считаем необходимым предъявить нашему народу действительно, реально демократический путь развития, который в своей основе имеет – что самое главное там – благодаря контролю граждан за властью, продолжительность жизни другая, смертность другая, рождаемость другая, страна живет по-другому, уровень доходов совсем другой, пенсии и зарплаты другие. Вот что мы считаем самым главным.

***
Оригинал статьи