Первые фильмы свидетельствуют: у Московского фестиваля кружится голова. И не столько от жары, сколько от любви. Беспрецедентное число любовных историй во всех конкурсах! Названия кричат: «Бесстрашная любовь» Лелуша, «Современная любовь» Фрейна, «Франц+Полина» Сегала, «Секс и больше ничего» Геда, «Сердце, бьющееся в темноте» Нагасаки, «Изящное искусство любви» Ирвина, «Стоны сердца» Габриэля, «Диагноз: любовь» Гиургиу.
Кстати, о диагнозе. В итальянской картине «Лед и пламя» любовь вспыхивает между двумя безумцами. Катерина — бродяжка, уверовавшая, что чудо любви поможет ее другу аутисту-параноику излечиться. И чудо почти происходит, правда, Катерина вряд ли об этом узнает…
Картина Умберто Марино изобилует кинематографическими эффектами. Здесь у бреда, галлюцинаций, снов, лекарственного дурмана свои цвета. Красный — цвет надежды, черный и желтый — цвета безумия, робкий белый — луч света. Но компьютерных, цветовых и эмоциональных усилий в фильме явно перебор.
А какая история трогает больше «любви» и «войны»? Однако аналитики давно подметили: кризис сюжетных идей выливается в поток мелодрам. Правда, в конкурс проникла весьма специфическая мелодрама «Сколько ты стоишь?». Но имя режиссера снимает все вопросы. Бертран Блие не может снять просто мелодраму. Он обязательно над ней поиронизирует, если не поиздевается. Ведь Блие — автор скандальных «Вальсирующих» (это в русском прокате их назвали так романтично, в оригинале это звучит примерно как «Прыгающие яйца»).
Смесь эротики и «дыхания улицы», невиданной откровенности и брутальности создана под впечатлением молодежных волнений 1968 года во Франции и сексуальной революции. Потом были «Приготовьте ваши носовые платки» (премия «Оскар»), «Холодные закуски», «Вечернее платье», «Слишком красивая для тебя» и т.д. В новом фильме Блие осуществляет мечту каждого невзрачного клерка. С этой минуты ему и только ему принадлежит идеал, причем с толикой порока.
Воплощенная женственность, ночная бабочка из витрины — в образе Моники Белуччи. Таких леди в неглиже в реальности не бывает, они все эмигрировали на обложки журналов. Это колыхание форм, губы и руки созданы небесами — для чего же еще? — строго для любви. И это все ему? Что же делать со слабым сердцем и давлением, если в кровати у тебя — ядерная бомба? Что же делать сослуживцам и друзьям — застрелиться? Так сколько стоит узнать, что счастье существует в самом деле? Конечно, фильм посмеивается над киноклише, над «форматным» отношением к красотке, над всеми нами и над собой прежде всего. В каждом кадре, озвученном чувственными итальянскими оперными лейтмотивами, контровым светом бьет ирония. И актеры — Моника Белуччи, Бернар Кампан и Жерар Депардье — купаются в игре смыслов, подтекстов и сарказма.
Любовь как отдых между битвами — это и про конкурсный фильм «Самурай, которого я любила». В костюмной саге Мицуо Куроцути о японском Средневековье — козни злодеев, битвы кланов, харакири, ритуальные поединки и любовь на все времена (ближайший киноаналог — «Сумрачный самурай»). И мужественно-смиренное достоинство подлинного самурая, постигшего: жить — значит сожалеть. Только истинный самурай умеет смотреть глазами сердца. Впрочем, и эта редкая ныне способность не приносит ему счастья.
Фильмы о любви редко обладают фестивальными достоинствами, то есть являются по-настоящему поисковыми работами. ММКФ снова подтвердил это правило. Фильмы первой части программы обладают больше зрительским потенциалом, чем фестивальным. Кого это обрадует прежде всего? Прокатчиков. Они могут рассматривать фестиваль как пробную площадку, тест-просмотр для точного расчета продолжительности «линии жизни» фильма на экранах…

Лариса МАЛЮКОВА, обозреватель «Новой»

Бертран БЛИЕ:
«СНОВА НУЖНО СНИМАТЬ ФИЛЬМЫ «ПЛОХИХ МАЛЬЧИКОВ»

«Новая»: Мсье Блие, на протяжении карьеры вы снимали фильмы шокирующие, эпатажные. Кино как провокация — это способ разговора с аудиторией?
Блие: Что-то новое всегда либо раздражает, либо шокирует зрителей. Я считаю, что фильмы, книги, картины — в общем, все творения искусства — призваны поражать, удивлять. Если хотите — шокировать, но со знаком плюс. То, что было сделано накануне и продолжает делаться… не интересно. Блие — французский режиссер? Значит, его культура постановщика врастает корнями в культуру страны. Тем не менее в своих картинах я всегда ищу импульс. Идею «против», а не «по» течению. Если вы помните «Вальсирующих», то это был пинок под зад правительству Помпиду. Есть моменты в жизни творца, когда он должен вести себя как негодяй. Вот сегодня снова нужно снимать фильмы «плохих мальчиков». Некорректные. Настоящий художник всегда некорректен. Соблюдает правила в жизни, но не в искусстве. Впрочем, «Сколько ты стоишь?» — фильм относительно корректный, ведь это любовная история. Это не фильм даже, а ласковое движение. Просто как женщина обнимает мужчину, который меньше ее. Не фильм-война. Скорее отдых героя между битвами.
«Новая»: И актеров вы выбираете, по вашему признанию, «с дерзким поведением»…
Блие: Моника Белуччи — квинтэссенция итальянки и женщины вообще. Она как живой поток — может захлестнуть и сюжет, и весь фильм. А Депардье, который снимается у меня с юных лет… Его можно сравнить с хорошим французским вином. Чем дольше его ждешь, тем оно лучше. Правда, он сам выпускает вино, которое можно пить… только если испытываешь нечеловеческую жажду…

http://2006.novayagazeta.ru/nomer/2006/48n/n48n-s30.shtml