Наталья Костицина: 14 часов 34 минуты, у микрофона Наталья Костицина, еще раз здравствуйте. Мы продолжаем петербургский эфир «Эха». У нас в студии глава фракции «Яблоко» в Законодательном Собрании Санкт-Петербурга Григорий Явлинский. Григорий Алексеевич, здравствуйте.

Григорий Явлинский: Здравствуйте.

Н. К.: Вы практически с корабля на бал, после очередного заседания депутатов Законодательного Собрания Петербурга. Насколько я понимаю, опять нам предоставлена почва для размышлений.

Г. Я.: Там никогда не останется без размышлений, если добросовестно заниматься тем, что происходит – в смысле бюджета, в смысле принятия законов. Если к этому относиться серьезно, то там всегда есть, о чем размышлять. Год большой, сложный, время непростое.

Н. К.: Опять же, уже в традицию входит подача законов с голоса, законопроектов.

Г. Я.: Сегодня не только был подан закон с голоса, сегодня поправка бюджетная корректировалась с голоса во время выступления. Это вообще невиданная вещь.

Н. К.: Это же нарушение...

Г. Я.: Это не просто нарушение, это же передвижение средств, денег - там на миллионы меняется пропорция. Делается эта поправка с голоса и говорится: ну, вот мы не успели, вот мы сейчас с голоса эту поправку вносим и это все делается в пределах поправки БФК – бюджетно-финансового комитета. Она является анонимной – никто не знает, кто ее вносит, – и она распределяется по тому расписанию, которое делают сами депутаты, на решение своих вопросов. Это единственный город в России, единственный субъект федерации, где дозволена такая система распределения средств.

Придумано это было еще в девяностых, когда каждому депутату давали так называемый резервный фонд, чтобы они вели себя смирно. Чтобы они радовались тому, что они депутаты и послушно голосовали за все инициативы. Ну это так и осталось, несмотря на возражения Верховного суда по этому вопросу, несмотря на ряд расследований по отдельным депутатам, это все равно сохранили.

И вот эту поправку каждый раз, несколько раз в год, вносит бюджетно-финансовый комитет в анонимном виде. По расчетам, она составляет до 4 миллионов долларов на одного депутата из тех, кто голосует за бюджет. Поэтому они ничего не рассматривают, поэтому за полчаса обсуждаются все поправки в комитете.

Поэтому прямо на заседании вносится поправка. Она вносится не заранее, чтобы ее можно было изучить, а прямо на заседании. Вот это все является грубейшими нарушениями законов Российской Федерации.

Н. К.: Может Прокуратуре как-то обратить на это внимание?

Г. Я.: Много раз такого рода вопроса задавались. Все это упаковано таким образом, что ситуация является непрозрачной. Кроме того, она всех удовлетворяет. Она удовлетворяет администрацию города, потому что делает депутатов послушными. Она удовлетворяет депутатов, потому что с помощью этой поправки можно решить свои дела. А поправка распределяется только на тех депутатов, которые голосуют за такой бюджет.

От этого качество бюджета крайне низкое.

Н. К.: При всеобщем «одобрямсе»?

Г. Я.: Да, это, вот, смотрите: сегодня даже никто ни одного вопроса не задал. Вся вот эта процедура занимает буквально несколько минут, не вызывает ни одного вопроса.

Кстати говоря, мы проанализировали то, что касается поправок, которые вносились депутатами. Вот, например, могу вам сказать, что подано поправок в 2004 году 220 штук, фракциями и органами ЗакСа. Вот такое количество поправок. А сейчас количество поправок составляет 20 штук. А из тех, что приняты, БФК рекомендует принять одну поправку! И поэтому депутаты перестали даже этим заниматься.

Н. К.: Вы сегодня на подходе после заседания Законодательного Собрания сказали о том, что впервые в истории страны деньги граждан будут официально тратить на «Молодую Гвардию Единой России».

Г. Я.: Да, значит, в бюджетном документе, принятом сегодня в виде поправки, есть прямая запись: субсидии на организацию и проведение «Молодой Гвардией» каких-то там спортивных и массовых мероприятий – 217-270 тысяч рублей. Надо посмотреть внимательно и понять, что это прямое нарушение всего. Это что означает? Это означает, что финансируется организация сугубо партийная за счет всех избирателей, за счет денег жителей города Петербурга. Вот, 247 тысяч рублей. Я сказал 270 тысяч, я ошибся – 247 тысяч рублей. Выделяется такая вот сумма. Это часть тех перераспределяемых средств, которые перераспределяются в этому году. И в этом году это небольшая сумма.

Н. К.: А вы на заседаниях бюджетно-финансового комитета поднимаете эти вопросы?

Г. Я.: Я хочу вам сказать, что процедуры, которые приняты в бюджетно-финансовом комитете, не позволяют обсуждать эти темы. Они хором принимаются и отклоняются – за полчаса. Вот эта вся поправка раздается депутатам перед началом заседания. Там 20 страниц. Все они представляют собой таблицы. Что с этим можно сделать, когда уже началось заседание? Они не распространяются заранее, не раздаются.

Я неоднократно вносил предложение по новому регламенту БФК, но они были все отвергнуты. Там такие условия, такие процедуры, при которых не имеет смысла просто в этом участвовать. Это просто не профессионально – участвовать в такого рода процедурах. Потому что нет правильной процедуры рассмотрения бюджета. И это является по существу нарушением российских законов о бюджетной сфере.

Отдельный вопрос – это непрозрачность бюджета. Это совершенно все закрыто. Как вы думаете, если в этот раз вносится поправка на 740 миллионов рублей, а в других случаях – на миллиард и более, и нет авторов этой поправки. Есть название – «бюджетно-финансовый комитет». Кто эти люди, кто вносил эти поправки? Никогда этого узнать невозможно. Ни в какой Госдуме такого не может быть никогда.

Н. К.: Хорошо, а что делать тогда?

Г. Я.: Делать очень просто. Подготовлен нами закон о поправках в тот закон, который сейчас существует, относительно бюджетного процесса в Петербурге. Это очень большой документ. Там много очень поправок, он сейчас согласовывается с заинтересованными сторонами. Такой закон есть, и если и когда он будет принят, то ситуация изменится, там вот эти все безобразия по новому закону, который нами внесен, будут ликвидированы. Будет ликвидирована эта непрозрачность, будет обеспечена возможность подотчетности по каждому вопросу, там будут открытыми процедуры, там будут вывешиваться документы. Будет введен целый ряд ограничений на расходования средств. Там не будут допускать такого исполнения бюджета.

Ведь исполнение бюджета в этому году опять 90%, 10% неисполненных обязательств. Это ни много, ни мало 43 миллиарда рублей. Вот подумайте. А мы вносим снова коррективы и снова вносим сейчас вот поправку. Не освоено 43 миллиарда 648 миллионов рублей. И при этом еще дефицит!

Н. К.: Григорий Алексеевич, а каковы сроки рассмотрения этого закона?

Г. Я.: Сейчас проблема заключается в том, что нет действующего губернатора по финансам, не с кем обсуждать по-серьезному, сейчас есть только исполняющий обязанности. Как будет назначен действующий официальный заместитель губернатора по финансам, вы вернемся к обсуждению. Мы с Вязаловым уже начали обсуждение и долго работали, и на этой основе подготовили этот документ, а теперь следующий этап мы не можем пройти, потому что нет вице-губернатора. Мы бы хотели, чтобы следующий бюджет следующего года уже шел по новым правилам.

Н. К.: Григорий Алексеевич, еще к реалиям нашей петербургской жизни, не могу не попросить вас прокомментировать. Слышали, наверное, у нас было шествие ветеранов по Невскому проспекту. Впервые прошла совершенно замечательная акция, которой город, кажется, удивил сам себя, сколько народу вышло с портретами своих близких. Но впереди, в частности, шел руководитель комитета по молодежной политике, господин Пархоменко – мы уже рассказывали об этом в эфире – с портретом Сталина. Слышали об этом, читали?

Г. Я.: Знаю я об этом событии, знаю, что направлен Полтавченко официальный запрос со стороны депутатов, знаю, что нет ответа. Но вот что я хотел бы сказать. Георгий Сергеевич Полтавченко – известный российский политик. Частью его политического образа является то, что он человек верующий. Он этого не смущается, наоборот. Он это и не демонстрирует, но и никогда не скрывает. Вот я не могу понять: как он рассматривает, как он считает возможным, чтобы в его администрации занимал пост главы подразделения человек, который выходит с этим портретом, и официальное лицо несет портрет?

Это в то время, когда это лицо с точки зрения Русской православной церкви официально, словами владыки Иллариона, архиепископа Волоколамского, главы отдела внешних сношений РПЦ, обозначено, я цитирую: он говорит, что, по его мнению, Сталин является чудовищем, духовным уродом, который создал жуткую античеловеческую систему управления страной, построенную на лжи, насилии и терроре. Он развязал геноцид против народа своей страны и несет личную ответственность за смерть миллионов безвинных людей. Это говорит высочайшее, второе, можно сказать, лицо в церковной иерархии после Патриарха. Это никто никогда не опровергал, это было сказано несколько лет назад.

И понятно, почему он говорит. Потому, что, скажем, с 1929 по 1941 годы было арестовано 200 тысяч священнослужителей, из которых 100 тысяч было расстреляно. Из 25 тысяч храмов 23 тысячи были уничтожены. И что же, после этого верующий человек Георгий Сергеевич считает возможным пропагандировать человека, который все это устроил?

Н. К.: А как бы вы поступили на месте губернатора в данной ситуации?

Г. Я.: Ну, я не губернатор, просто я исключаю саму возможность работы такого чиновника вместе со мной. У него свои взгляды, это взгляды определенного толка. Но как официальное лицо, которое несет такие портреты, это было бы для меня совершенно невозможно. Я подчеркиваю отдельную сторону вопроса: ну как же верующий человек, зная, что Русская православная церковь занимается новомучениками – это огромная работа, очень трудная, тяжелая – зная все это, что просто было уничтожено все российское духовенство, он позволяет себе такие вещи. Тут одно из двух – или это не правда, что действительно человек верующий, или ему не совместимо это с тем, что он верующий.

Н. К.: Григорий Алексеевич, вопрос вам как экономисту. Все-таки, состояние российской экономики вызывает опасения. Было заявление и министра экономического развития Улюкаева о том, что в I квартале 2014 года российская экономика вошла в рецессию, не исключается снижение ВВП в первом квартале. Все это происходит на фоне экономических санкций. Куда идем, Григорий Алексеевич?

Г. Я.: Все-таки, заканчивая ваш предыдущий вопрос, скажу, что мы как депутаты ожидаем официального ответа Полтавченко по этому вопросу. Мы задаем ему конкретный вопрос: является ли это официальной позицией? И если не является, то насколько это совместимо с той политикой, которую он проводит как губернатор в городе Санкт-Петербурге? Это вопрос абсолютно принципиальный и абсолютно ясный и четкий. Надо дать ответ на этот вопрос. Он несет ответственность за деятельность всех своих чиновников, причем, не только на работе, но и после работы, но и вне работы. Потому что это люди, которые представляют администрацию города, а тем более руководитель подразделения по молодежи.

Так, теперь об экономике. Прошлый год мы закончили, прямо скажем, довольно плохо. В прошлом году рост замедлился существенно, втрое, инвестиции сократились, например, в естественных монополиях на 20%. В этом году это все продолжилось. Бизнес начал терять доверие и к политике правительства, и ко всему происходящему. Думаю, что это естественное развитие событий в условиях той политической ситуации, которую мы имеем сейчас. Когда есть ожидания чуть не начала войны, то бизнес чувствует себя очень плохо. И это в условиях, вот о чем говорят в министерстве экономики? Что снижение идет. А дальше снижение будет еще больше. Инфляция будет нарастать, говорят министерство финансов и министерство экономики. Рубль будет слабеть, говорит министр финансов. Не я говорю, а они. Второй и третий квартал, скорее всего, будет спад, просто спад будет. И по году будет спад, говорят они. Ну, значит это такая вот реально складывается картина. Почему это происходит в условиях того, что мировая экономика растет? Это происходит потому, что для роста экономики должна быть уверенность у людей, страха не должно быть, понимание курса политического должно быть, понимание перспектив должно быть. А сейчас наступила ситуация, когда этого, безусловно, нет. Потому что возникают всякие санкции. Не понятно, какие сегодня будут возможности России на внешних рынках, не понятно, какова будет ситуация с наиболее передовыми технологиями, что будет, например, с тем что запрещаются поставки технологического оборудования в российские энергетические компании, ну и так далее.

Но к этому еще добавляется еще то, что еще до всех этих событий мы вышли едва ли на один процент. Это произошло потому, что не было никакой работы по внутреннему спросу, потому что был спад внутреннего спроса. Второе – это недостатки инвестиционного климата. Известно, что плохо работают суды, недостаточная защита частной собственности. И третье – сырьевая экономика, недостаток диверсификации. Все это было в наших руках, мы все это могли сделать. Могли нарастить внутренний спрос, улучшить инвестиционный климат, могли хотя бы начать диверсификацию. Но мы пошли другим путем. Мы пошли по пути различных геополитических авантюр. Это не совместимо с тем экономическим положением, в котором мы находимся.

Н. К.: Скажите, принятые экономические санкции окажут какое-то серьезное влияние на российскую экономику?

Г. Я.: Видите ли, это дело долгое. Не нужно думать, что эти санкции действуют так: сегодня их включили, завтра они начнут действовать. Ну, вот давайте сами с вами представим. Если действительно в течение 5-6-7 лет возникнут ограничения с точки зрения поставок энергоресурсов и цен на энергоресурсы с точки зрения их снижения. Если действительно возникнут ограничения с поставкой в Россию новых высоких технологий мирового класса. Если действительно начнется гонка вооружений, реальная, которую мы уже проходили в советское время. Если действительно банки окажутся в положении, когда респонденты будут накладывать на них большие ограничения, и мало того, наши компании не смогут реструктурировать долги, не смогут брать кредиты, заимствования будут очень дорогими, и так далее. Это такой финансовый сектор. И в условиях обострения внешнеполитического, связанного, например, с выходом американских войск из Афганистана. Там скорее всего вернется Талибан очень скоро, к сожалению, – с наркотиками и со всем. И его будет очень интересовать продвижение на север. Кроме того, по мнению, правильному на мой взгляд, Шувалова, что санкции – это ведь не обязательно то, что прописано – это словесные рекомендации одной, другой компании. Вот, на Петербургский экономический форум приезжает Siemens, например. Так Siemens должен всегда приезжать, потому что «Сапсан», по крайней мере, ходит. Потому что для него рынок очень интересный. А ему порекомендовали не приезжать. Вот просто сказали: не надо. Вот эти неформальные отношения очень чувствительные.

Сумма всех этих событий через 5 лет будет очень весомой и впечатляющей для нашей экономики. В чем это будет выражаться? Ну, и без этого это будет выражаться в некотором росте цен, не могу пока сказать, в каком масштабе. Вот посмотрите на рост цен в магазинах.

Н. К.: Видим.

Г. Я.: Видите? Вы же хозяйка, наверное, вам не нужно слушать телевизор, где говорят, что все подешевело, вы сходите в магазин, и все вам будет понятно. Посмотрите на то, сколько есть рабочих мест, посмотрите, какой спрос на товары длительного пользования. Посмотрите, как обстоит дело со средней заработной платой, с рабочими местами, особенно на сборочных производствах, как Ford, например, и так далее. Вот это все влияющие вещи. Конечно, экономика России со многим из этих проблем может справиться, конечно, мы огромная и сильная страна, но то, что вот этот путь просто лишает нас возможностей, которые у нас есть, он лишает нас стратегий, перспективы - это точно. Это факт.

Н. К.: И вот на фоне всего того, о чем вы говорите, какой вы видите судьбу народных так называемых республик после референдумов, которые прошли на востоке Украины?

Г. Я.: Я очень сочувствую людям Украины вообще, и, в частности, в этих регионах. Сейчас эти регионы – там более 6 миллионов человек – они попали в совершенно тупиковую ситуацию. Я не верю, что они могут создать какие-либо независимые государства. Я думаю, что, независимо от того, примут их в Россию или не примут, Россия окажется в положении. Раз Россия их поддерживала, раз она их провоцировала на это, раз она стояла за ними, раз она говорила, что это правильно, то она теперь несет ответственность за все то, что там произошло. А это огромные средства понадобятся для угольного бассейна, для поддержания промышленности, поддержания рабочих мест, оплаты. Там вообще ситуация тупика. Поэтому я и говорю, что это авантюра, это не имеет перспективы.

Вот Абхазия или Южная Осетия – Россия же держит на своих плечах эти государства. Но там это было объяснимо, а здесь это не имеет с моей точки зрения никакого разумного, нравственного или политического объяснения.

Н. К.: Григорий Явлинский у нас студии, осталась минута. Ну раз уж вы тут комментировали некоторые изменения на фоне нашей городской жизни - имеется в виду поступок господина Пархоменко – еще одна такая любопытная история. Стало известно буквально на прошлой неделе, что главой департамента «Водоканала» была назначена бывший директор «Водоканала» Саратова, которая в общем, информация есть о том, что она была связана с коррупционными скандалами и является фигуранткой уголовного дела.

Г. Я.: Ну, я не знаю эту госпожу, я могу только сказать, что ГУПы – это самая непрозрачная и неподконтрольная зона. А если это ГУПы-монополисты, то никто вообще не знает, сколько и на что там тратится денег. Вот вам самый лучший ответ. Если человека назначают в ГУП, а это непрозрачная структура с огромными средствами, то это уже является очень сомнительным событием.

Н. К.: Григорий Явлинский был в студии «Эха Петербурга». Приходите еще!