Как голосовать на предстоящих выборах? Только за кандидата от партии «Яблоко», если такой есть в вашем одномандатном округе (на региональных выборах в Великом Новгороде — за список «Яблока»). Если в вашем округе нет кандидата от «Яблока», голосовать не надо вообще. Потому что все другие партии, участвующие в выборах, — абсолютно одинаковые: с 2021 года все партии в Госдуме голосовали одинаково по всем вопросам — так же как «Единая Россия».
Как голосовать на предстоящих выборах? Только по совести. Программа «Яблока» — это 43 слова о ключевых позициях по будущему нашей страны. И нас сняли с выборов, потому что слишком большое число людей поддерживает именно эту программу. В условиях тотальной цензуры, запугивания и правового давления мы смогли предоставить людям возможность высказаться за недопущение ядерной войны, за свободу и за жизнь без страха. Мы уверены, этот голос обязательно будет услышан.
Сегодня восемь членов партии «Яблоко» находятся в тюрьмах и следственных изоляторах — они жертвуют своей свободой во имя будущего России, жизни без страха и прекращения огня.
Благодарю всех отважных и благородных людей, настоящих патриотов, решивших стать кандидатами партии «Яблоко», несмотря на угрозы и давление. Особая благодарность и глубокое уважение тем российским гражданам, кто помогал нам в этой избирательной кампании, в том числе финансово.
Вне зависимости от официальных результатов выборов уже можно сказать: «Яблоко» справилось со своей задачей. Этими выборами жизнь не заканчивается — мы продолжим нашу политическую работу во имя будущего России.
На сегодняшний день в кампании продолжают участвовать более 100 кандидатов «Яблока» в самых разных регионах страны. Со списком всех кандидатов партии в Госдуму и интерактивной картой округов можно ознакомиться на партийном сайте.
——
Об избирательной кампании «Яблока» и будущем России говорил в эфире YouTube-канала «Живой гвоздь». Разговор полностью в видео.
Сергей Бунтман: Добрый день!
Сегодня у нас в гостях Григорий Алексеевич Явлинский. Здравствуйте, Григорий Алексеевич.
Григорий Явлинский: Здравствуйте. Спасибо за приглашение.
Сергей Бунтман: Добрый день.
Вот мы регулярно встречаемся, но сейчас очень важно нам, я думаю, перед выборами еще подбить бабки всевозможные. Но до того, как мы поговорим и о выборах, и о «Яблоке», у нас наш печальный список на сегодня.
Григорий Явлинский: Да, мы обязательно будем с вами говорить. Вот с этого и начнем.
Сергей Бунтман: Да.
Григорий Явлинский: Одиннадцатого сентября 1 804 заключенных по политическим мотивам; перед прошлым эфиром (а он у нас был 31 июля) их было на 46 человек меньше, 1 756, а сейчас – 1 804.
Обязательно должен сказать вам, друзья, что 17 августа заместитель председателя «Яблока» Лев Шлосберг приговорен к 11 годам колонии общего режима за дебаты, в которых ему фактически вменили слова оппонента (человека, который ему оппонировал)…
Сергей Бунтман: Ага…
Григорий Явлинский: …и за перепост обложки британской газеты с рисунком (или с фотографией). И в тот же день, 17 августа, список «Яблока» окончательно сняли с выборов в Государственную Думу. Вот такой небольшой отчет.
Я должен сказать вам, что то, как выступал Шлосберг на последнем заседании суда, его диалог с судьей, – это событие, которое наверняка войдет в историю, поскольку это особая ситуация и особый человек, который смог выразить так свои мысли и свою позицию. И его позиция исключительно соответствует взгляду в будущее, и в этом своем положении он находится как человек, которого прошлое хочет уничтожить, которое закрывает путь для страны в будущее. И в этом отношении Лев Шлосберг показал очень высокий класс.
Я бы хотел процитировать, но… Может, если останется у нас немного времени, я буду рад процитировать его. (Я специально подготовил эти цитаты.)
Сергей Бунтман: Да.
Григорий Явлинский: Тридцать первого августа Мосгорсуд оставил без изменений приговор заместителю председателя партии «Яблоко» (еще одному заместителю председателя) Максиму Круглову…
Сергей Бунтман: Да…
Григорий Явлинский: Семь лет колонии за два поста против гибели людей в самом начале 2022 года (в феврале и в марте 2022 года). А точнее, суд все же скорректировал приговор (так чтобы вы это услышали): он издевательски зачел в 7-летний срок один день, день задержания, т. е. ему уменьшили срок на один день (!). Это был апелляционный суд. Заседание прошло в закрытом режиме, и на вопросы, почему закрытое заседание, ответ был очень такой, грубый: «Узнаешь потом, узнаешь в решении». И вот это снижение срока на один день… я не знаю, бывало ли такое когда-либо раньше… говорит об издевательстве в этом вопросе.
Сергей Бунтман: Ну, раньше еще не такое бывало…
Я прошу прощения, а вот этот откровенно издевательский тон – вот когда вы это стали замечать, что он вновь появился, вот такой издевательский тон судебных органов? Вот когда это появилось? Это же даже и при Путине не сразу появилось.
Григорий Явлинский: Нет, я не могу точно сказать, я не являюсь специалистом по судебной системе. Но думаю, что это связано с тем, что заранее дано указание решить вопрос так или иначе и оно не оспаривается. У нас не оспариваются никакие решения, поэтому можно вести себя произвольно – так оно, собственно, и происходит.
Ну вот я хотел бы добавить, что в СИЗО, в колониях продолжают оставаться другие члены партии: Михаил Афанасьев в Абакане, Василий Неустроев в Петербурге, Константин Смирнов в Рязани, Владимир Ефимов (Петропавловск-Камчатский), Владимир Сорокин (Калининград), Елена Перепелица (Москва).
На этой неделе в Екатеринбурге были задержаны шесть наших кандидатов по административной статье о т. н. демонстрации экстремистской символики.
Сергей Бунтман: Вот здесь пишут нам об этом в чате из Екатеринбурга.
Григорий Явлинский: Двое из них, Александр Кудельник и Владимир Собянин, получили административный арест 10 и 12 суток соответственно. Оба арестованных – зарегистрированные одномандатники на выборах в Заксобрание Свердловской области, а Владимир Собянин еще и зарегистрированный кандидат в депутаты Государственной Думы по Серовскому одномандатному округу, ему 67 лет.
Вот так выглядят на сегодняшний день обстоятельства. Я сейчас говорю только про партию «Яблоко», потому что мы на ней сосредоточены, но общее количество тех, кто оказался сейчас в таком положении, я уже назвал.
И конечно, я хотел бы еще и процитировать Круглова – он тоже выступил с очень внятной и хорошей речью… Я, кстати говоря, хочу предложить всем посмотреть на сайтах: у нас на сайте все это есть, их выступления, все это опубликовано.
Сергей Бунтман: У вас на сайтах и в канале. Есть партийный канал…
Григорий Явлинский: Да-да-да. Все это опубликовано, поэтому, пожалуйста, смотрите; я просто хотел бы процитировать, как это все [звучало].
Но то, что эти люди держат позицию и их выступления носят глубоко серьезный политический характер в условиях, когда им дают сроки 11 лет, 7 лет и т. д., имеет большое значение. И я хочу всем сказать, что это значение связано с чем? – с будущим нашей страны. Эти люди своей судьбой борются, жертвуют собой ради светлого будущего для нашей страны – вот о чем, собственно говоря, идет речь. Поэтому прочтите, что они говорят, – они говорят именно о будущем нашей страны, в этом смысл. Ну и в этом смысл всего нашего участия в выборах.
Сергей Бунтман: Да.
Вот очень интересно, что в последние годы было очень популярно считать, что «Яблоко» – это прошлое, это вот какие-то такие замшелые 1990-е гг., а нам нужно совершенно другое (причем это что слева, что справа и т. д.). Это сейчас поколебалось, такое мнение?
Григорий Явлинский: Ну, что тут говорить…
Смотрите, на сегодняшний день продолжают участие 117 кандидатов «Яблока» в 46 регионах страны, несмотря на то что нас сняли. Из них 16 кандидатов были сняты с выборов решениями судов первой инстанции, но еще пока не подтверждены судами второй инстанции. Если они останутся (если их действительно снимут), будет 102 кандидата в 43 регионах.
Вы же знаете, что одномандатники в Думе – это 225 мест. Значит, «Яблоку» удалось на сегодняшний день сохранить больше 100 кандидатов – вот это и есть вопрос. Таким образом, кандидаты «Яблока» будут представлены в 45% одномандатных округов и больше чем в половине регионов России, т. е. еще есть возможность голосовать. Именно с этим я и обращаюсь.
Кроме того, партия участвует в выборах в законодательные собрания семи регионов. Всего «Яблоко» выдвигало списки в 10 регионах, осталось только в одном, о котором мы с вами только что говорили, – это Новгородская область (список дошел до выборов). В остальных регионах списки либо не были зарегистрированы (как в Санкт-Петербурге и Ленинградской области), либо были сняты с выборов судебными исками.
При этом кандидаты «Яблока» продолжают участие в выборах законодательных собраний семи регионов: в Санкт-Петербурге – 13 одномандатников, в Карелии – 12 одномандатников, в Свердловской области – 18 одномандатников, в Томской области – 7 одномандатников, в Псковской области – 10, в Калининградской – 2.
Вот такова ситуация на сегодняшний день. То есть, уважаемые друзья и сограждане, есть чем заниматься, есть что вам сделать: если у вас есть эти кандидаты, то за них и надо голосовать.
И, пользуясь вашим приглашением (за которое я еще раз благодарю вас), первое, что я хотел сказать, – это огромная благодарность нашим кандидатам. Я хотел ее официально выразить от своего личного мнения, от мнения всех руководителей партии. Поскольку наши кандидаты проходят через юридический абсолютный беспредел: снятия с выборов, задержания, прямые угрозы, просто прямые физические угрозы…
Сергей Бунтман: Ага…
Григорий Явлинский: Они продолжают кампанию тем не менее, чтобы у избирателей сохранялась хотя бы возможность проголосовать. За что? – за жизнь без страха, за мир, за свободу, за будущее детей, за будущее нашей страны.
Второе – это благодарность избирателям. Кампания «Яблока» сейчас финансируется исключительно за счет небольших, но массовых пожертвований граждан. То, что было раньше иногда, когда были крупные спонсоры, – сейчас ничего этого, естественно, нет, потому что все напуганы. Но поддержка «Яблока» действует, и все, что вы видите сегодня – газеты, листовки, баннеры, билборды, вся агитация, – все оплачено обычными людьми, которые поддерживают кампанию не просто на словах и не только чрезвычайно важным голосованием, но поддерживают кампанию за счет своих средств. Это же очень существенно.
Вот это самые главные вещи, с которыми мы сейчас работаем. Мы раздаем агитационные материалы; они уже передаются, их можно в нашем офисе получать ежедневно с 11 до 8 вечера. «Пакеты мира» мы рассылаем, у нас более 5 тысяч заявок (это пакеты агитационные). Короче говоря, в полном объеме идет вот такая работа. Мы очень всем признательны, кто нас поддерживает. И я готов ответить на любые ваши вопросы.
Да, конечно, есть очень большие препятствия в агитации. Я специальный список составил. И в Москве, и в Санкт-Петербурге, и в Новгородской области, и в Калининградской области, и в Курской, и во Владимирской, в Вологодской, в Тамбовской, в Иркутской – во всех этих областях… Я еще могу продолжить: и Мурманская, и Алтайский край, Костромская…
Сергей Бунтман: А какого рода препятствия? Как это делается?
Григорий Явлинский: А сейчас я вам расскажу, пожалуйста.
Сергей Бунтман: Как это делают, если есть люди, которые хотят принять участие в агитации?
Григорий Явлинский: Вот, например, Москва: Мосгоризбирком потребовал не выпускать в эфир ролики «России нужен мир» в 15 округах, запретил ролики. Санкт-Петербург: ролики кандидатов «За мир и свободу!» направляли на проверки, вручали прокурорские предостережения. В переделанных роликах усмотрели признаки реабилитации чего-то там…
Сергей Бунтман: Чего?..
Григорий Явлинский: Девушка Ольга Юркевич сделала ролик, в котором она молчит, вот просто; написано, что это «Яблоко», и она молчит.
Сергей Бунтман: Так.
Григорий Явлинский: И его сняли.
Сергей Бунтман: За «экстремистское молчание»? За «экстремистское поведение»?
Григорий Явлинский: Ну вот как хотите; я просто рассказываю, что на самом деле происходит.
Новгородская область: кандидаты Анна Черепанова и Виктор Шалякин получили предостережения прокуратуры тоже из-за видео агитации. (Анна Черепанова – замечательный, выдающийся политик и человек, кстати говоря.)
Калининградская область, Курская область… (Я просто все эти области вам называл, могу повторять.) Вот что на самом деле вот так вот происходит.
Сергей Бунтман: Был забавный вопрос, какие издержки несет государство, развивая вот эту репрессивную кампанию, все это, все-таки расходует себя на это… Сколько можно было бы сделать…
Григорий Явлинский: Ну, это уж мне затруднительно сказать, какие расходы.
Но просто я хочу сказать, что в целом мы выполнили ту задачу, которую ставили перед собой: мы смогли в этой ситуации за счет даже вот таких серьезных жертв и потерь (очень серьезных и очень болезненных) показать нашим гражданам иной путь вперед, альтернативу, другую дорогу в будущее; обратить их внимание на то, что происходит, и показать возможное движение к свободе, к жизни без страха, к миру, к современной экономике и к современному образу жизни в России.
Вот я сегодня смотрел, мне прислали: вдруг опубликовали, я не знаю, опросы новые, и там получается, что на 10-е число если у «Единой России» 31% может быть, ожидается…
Сергей Бунтман: Так.
Григорий Явлинский: …то у «Яблока» ожидается 24%, если бы оно участвовало.
Сергей Бунтман: Ага.
Григорий Явлинский: Двадцать четыре процента – мы были бы второй партией.
Но самое главное, что я хочу сказать, самое существенное, – мы поставили ключевые вопросы перед всем народом. Вот, граждане, как вы сочтете нужным, так и действуйте в этих условиях. Это вопрос о будущем вашем, наших и ваших детей, о будущем нашей страны – это вот такой вопрос.
Сергей Бунтман: Вот вас обвиняют: «Не считаете ли вы, что нынешние репрессии – следствие и вашей бескомпромиссности в 2000-х и 2010-х, когда можно было поддерживать и Яшина, и Навального, и других? Тогда был шанс на перемены».
Григорий Явлинский: Нет, это вопрос бессмысленный.
Сергей Бунтман: Почему?
Григорий Явлинский: Где сейчас находятся все эти люди? В каком смысле их поддерживать? Что с ними надо… ?
Сергей Бунтман: Нет, в 2000-х, в 2010-х гг.
Григорий Явлинский: И что?
Сергей Бунтман: Вот надо было объединяться со всеми.
Григорий Явлинский: Знаете, сегодня ситуация настолько прозрачная и понятная, что говорить это и обсуждать сегодня не то время. Если вы когда-нибудь захотите обсудить эти вопросы в деталях, я готов с вами обсуждать все эти вопросы в деталях. Объединиться со многими позициями, которые для нас совершенно неприемлемы, мы не могли ни в 1990-е, ни в 2000-е, ни в 2010-е гг. И, судя по развитию событий, мы не ошиблись ни разу: вот куда все это привело.
Более важный вопрос сейчас, как голосовать в таких условиях; это вопрос более существенный.
Сергей Бунтман: Здесь утверждает Михаил (45 лет, из Ульяновска): «Оба ваших кандидата сами снялись с выборов».
Григорий Явлинский: Да, у нас есть такой случай, где люди запуганы были окончательно. (Я с уважением к ним отношусь.) У нас есть несколько таких регионов, где люди сами снялись с выборов, да. Их запугали, и они снялись; я с уважением отношусь к ним. Но таких всего несколько, а сотни остались и в т. ч. участвуют в выборах.
Сергей Бунтман: Есть ли в Москве одномандатники?
Григорий Явлинский: Да, в Москве есть одномандатники.
Сергей Бунтман: Сколько и в каких округах? Если можно.
Григорий Явлинский: Я думаю, что их около 15, округов, и там везде есть одномандатники.
Например, я буду голосовать за одномандатника в моем округе, это Кунцевский одномандатный избирательный округ, № 196. У меня там Евтеев Андрей Алексеевич, ведущий научный сотрудник НИИ и Музея антропологии МГУ, – я буду за него голосовать, и я всех тоже призываю.
В целом, ответ на вопрос голосования очень простой…
Сергей Бунтман: Все можно точно посмотреть на сайте?
Григорий Явлинский: Конечно: все везде там описано, все рассказано.
И голосовать – это понятное дело, как: за кандидата «Яблока». А если нет, никак не голосовать, вот и все. Тем, у кого нет кандидата от «Яблока», а они придерживаются нашей точки зрения, не за кого голосовать, да и все. Просто не надо ничего делать.
Сергей Бунтман: Тут одного участника чата смутило, что у них есть девушка – кандидат от «Яблока», он говорит: «Ей всего 24 года». Да что вы, да побойтесь бога: в 24 года можно быть зрелым человеком, а можно и в 80 быть сущим ребенком, в 40 можно быть подростком абсолютно.
Григорий Явлинский: Да, я с вами совершенно согласен в этом вопросе.
Сергей Бунтман: Ну да. Так что…
Григорий Явлинский: Так что сейчас надо просто голосовать по совести. Дело не в результатах – результаты напишут; какие найдут нужным, такие и напишут. Даже если останешься один, важно, чтобы тебе не было потом стыдно за то, как ты голосовал. Голосовать надо за того, в ком ты уверен, что он за будущее. Вот тот, кто сейчас от «Яблока», – это и есть кандидаты, которые полностью разделяют эту программу, вот за них и надо голосовать.
И это, вообще говоря, не совсем голосование – это референдум о будущем, вот о чем, собственно, речь. Это политическое послание. Вопросы, поставленные «Яблоком», отменить никак невозможно, никаким судебным решением. Можно снять наших кандидатов, но весь набор вопросов, все, что сформулировано в нашей программе… За дипломатию, достижение мира; за соглашение о прекращении огня, за недопущение ядерной войны; за Россию, свободную от страха и политических репрессий; за сохранение жизни, уважения, достоинства и благополучия человека – вот за что вы голосуете, вот за что!
Сергей Бунтман: «Какие усилия по освобождению своих соратников предприняли вы и партия „Яблоко”?»
Григорий Явлинский: Все усилия, которые возможны в смысле адвокатов, в смысле диалога, в смысле поддержки родственников, проведения специальных мероприятий по сбору средств для поддержки и семей, и адвокатов. Вопрос к задающему вопрос: а вы какое оказали содействие?
Понимаете, я хочу сейчас важную вещь подчеркнуть. Вот то, что мы сейчас с вами обсуждаем, – это ситуация не тогда, когда вопрос стоит о том, что голосовать будут за «Яблоко» или что сделало «Яблоко», – это за вас, вот за вас, уважаемые граждане. Это вы за себя голосуете, а не лично за нас!
Да, были конкурентные выборы в 1990-х гг., были с одной, так сказать, главной перспективой, но разные партии – это был выбор; сегодня во многих странах так происходит…
Сергей Бунтман: То есть выбор пути примерно к одному и тому же.
Григорий Явлинский: Да, но разными путями.
Сергей Бунтман: Да.
Григорий Явлинский: У нас другая сейчас ситуация: вы голосуете за себя, а мы дали вам такую возможность, вот и все. Это ваше решение о вас! Это совсем не выборы за то, чтобы «Яблоко» было в Госдуме (его там, скорее всего, и не будет), а это вы хотите или не хотите показать то, какое будущее для вас имеет значение. Это вы голосуете за себя, за своих детей, за свое будущее, за ваше будущее, а не за Сидорова, Иванова, Петрова, чтобы он был в Госдуме. Если вы этого не поняли, значит, еще пройдет много времени (думаю, драматического), пока это дойдет. Но смотрите, чтобы не было поздно.
Сергей Бунтман: Вот Виталий спрашивает: «Если в округе присутствует кандидат не от „Яблока”, который в целом выступает с антивоенных позиций (такое редко встретишь, но все же), за него, как вы считаете, стоит голосовать?»
Григорий Явлинский: Я такого примера не знаю, поэтому ничего сказать не могу.
Повторяю еще раз: я считаю, что голосовать надо за «Яблоко»; если нет кандидата от «Яблока», то я не буду голосовать. Все просто и ясно, никакой проблемы здесь сложной нет.
Потому что все остальные – это одно и то же. Посмотрите, пожалуйста, результаты голосований за 5 лет: никаких расхождений между всеми партиями, которые были в Госдуме, нет, это все одно и то же – и это позиция, оппонентом которой является «Яблоко». Вот, собственно, и все.
Сергей Бунтман: Как можете, Григорий Алексеевич, охарактеризовать кандидата в депутаты, вашего коллегу Марижат Рамазанову по округу № 210 Солнцевскому?
Григорий Явлинский: Я не знаю всех лично, не могу сказать. Я рад тому, что моя партия давным-давно вышла за пределы личных знакомств или личных отношений.
Сергей Бунтман: Ага.
Григорий Явлинский: Поэтому, к сожалению, я ответить на этот вопрос просто не смогу.
Сергей Бунтман: А какие есть способы узнать побольше конкретно? Не просто партия «Яблоко», а все-таки конкретно узнать о своем кандидате.
Григорий Явлинский: Да, пожалуйста: обращайтесь к тем, кто сейчас руководит непосредственно кампанией; обращайтесь к самому кандидату; приходите на наши интернет-ресурсы – там все объясняется и все рассказывается.
Но я хочу сказать вам, что мы выходили на выборы, на съезде принимали решение, список наш был, и вместе с одномандатниками и с региональными выборами это более 400 человек, это огромное число людей. Я не могу сказать, что я знаю всех, потому что это такая, совсем другая ситуация; каждого человека я знать не могу. Но думаю, что если она выдвинута и она берет на себя смелость участвовать, понимает, какие могут быть последствия, видит, что происходит, и, как вы заметили, не уходит, – значит, надо относиться к этому человеку с большим, серьезным уважением.
Я тоже лично не знаю того кандидата, за которого буду голосовать, но то, что он принял на себя всю эту ответственность и принял вот эту программу, которую я вам только что прочитал…
Сергей Бунтман: То есть вы знаете, как это работает – как получается кандидат от «Яблока».
Григорий Явлинский: Конечно, ну конечно. Он же несет ответственность за каждое слово этой программы, он же несет ответственность за позицию «Яблока». И если он с этой позицией публично [выступает], несмотря на все давление, на запугивание и т. д. принимает участие в этом во всем и подняв голову идет на все эти риски, я его уважаю – потому что он борется за будущее нашей страны, понимает, какие могут быть результаты, тем не менее идет на это… И это сотни людей в «Яблоке», вот сотни! «Яблоко» дало возможность таким людям выйти.
Поэтому лично я могу не знать того или иного человека, который сейчас выдвинулся, потому что мы не на личном основании строим свою работу, а вот принципиально на политическом основании… Вы сами посмотрите: если в этих списках человек стоит и решается идти несмотря на все, что происходит, он заслуживает серьезной поддержки и голосовать за него можно, следует это делать ответственно. Я полностью это поддерживаю.
Сергей Бунтман: Вот скажите, во всех случаях ведь, как бы ни закончились эти выборы, здесь появилось очень много… насколько я понимаю, насколько я вот слежу и по нашим беседам, и слежу вообще… – появились десятки и десятки (теперь можно считать на сотни) новых политиков, которые готовы продолжать. Изберут их, не изберут, будут ли поддерживать их на этих выборах или допустят их и т. д., но после 20-го числа все равно эта новая волна политиков «Яблока» не будет же снимать эти лозунги, о которых мы с вами говорим все время?
Григорий Явлинский: Да, спасибо: это очень существенный вопрос, совершенно верно.
Значит, по большому счету, начиная с 1990–1991-х гг. Россия проиграла свои реформы. Сейчас приходит новое поколение… Все, что мы видели с вами в прошедшие 30 лет, – это полный провал тех реформ, которые были начаты Горбачевым, и потом были первые шаги сделаны Борисом Ельциным, и потом все было провалено и была создана та система, в которой мы находимся, и посмотрите, куда она пришла. Это было не удивительно – об этом речь шла уже в 1990-е гг. К сожалению, это мало кто сегодня понимает.
Но приходит новое поколение. Вот это новое поколение, вы совершенно верно сказали… Это только эпизод, вот эти выборы, и то, что было возле Верховного суда, и то, что было по всей стране. То, как они относятся к сегодняшнему происходящему, – они против потребительского отношения к людям. Они против того, чтобы к гражданам России относились как к ресурсу, понимаете?
Сергей Бунтман: Ага.
Григорий Явлинский: Люди чувствуют это потребительское ощущение на себе, и поэтому они уходят из этого состояния и ищут то, какую занять позицию по самым актуальным вопросам. Вот в какую болевую точку, в какой нервный узел мы попали своим участием в выборах и вот той программой, о которой я вам сегодня говорил, – и люди это почувствовали, и люди это понимают.
Да, они будут формировать новое политическое движение, если хотите, или новую политическую структуру, новую политическую реальность. Вот об этом и есть все наши усилия – мы переходим к следующему поколению. Наше с вами поколение уходит (и из политики уходит, и уходит из текущей жизни), а это новые люди, которые приходят. Поэтому так важно дать им возможность (вот то, что мы попытались сделать), показать им, какая у них может быть поддержка.
Вы что, сегодняшние опросы за неделю еще – 25% может быть у «Яблока», если бы оно было, – это же колоссальный ответ! А я-то думаю, что еще и больше: люди еще боятся об этом сейчас говорить (потому что создали такую систему), а при тайном голосовании они бы еще больше голосовали.
Сергей Бунтман: Вы замечаете у этих людей новые подходы вообще к политике как таковой и к работе с обществом?
Григорий Явлинский: Ну вот мне кажется, что шаг за шагом… И то, что вы упоминали, то, что было в 2010-е гг., – это тоже были шаги: люди искали возможность, куда они могут вложить свои усилия, для того чтобы строить будущее.
Потому что наступает новый мир, это же очень серьезное дело. Ведь реально приходит новый мир, и сегодня очень мало кто имеет какое-либо представление, как выстраивать политику в этом новом мире. Посмотрите на выборы в Германии, посмотрите на все, что происходит в Соединенных Штатах, просто посмотрите: это действительно серьезно. Новый мир.
Сергей Бунтман: Многие пасуют перед непонятностью нового мира.
Григорий Явлинский: Девяносто пять процентов считают, что нужно пристроиться к этому, и очень мало кто понимает, что это просто новая жизнь, новая реальность, что эпоха, фундамент которой был заложен, скажем, в 1945 году, уходит.
Сергей Бунтман: Но ведь новая эпоха, ее же все-таки создает не неотвратимый рок, а… Здесь ее сделать обитаемой, новую эпоху, – ведь это тоже дело людей.
Григорий Явлинский: Да. В том-то и дело, что точки зрения очень различные и понимания этого вопроса нет. Нет понимания того, что такое новая эпоха, и это грозит тем, что если это будет вести все больше к хаосу, то возможности диктатуры и фюрера очень очевидные, очень возможные. Поэтому очень важно понять, что было сделано в последнее время, скажем, в нашей стране ошибочно и какая должна быть перспектива, куда надо двигаться.
Но это нужно понимать не только в виде статьи в каком-нибудь политическом журнале, а в виде практической политической работы. Вот все, что мы сегодня с вами обсуждаем, – это и есть практическая политическая работа. В каких условиях? В условиях, когда, скажем, вот отменяют ту программу, которую я вам сейчас читал, вот эти 43 слова. Так что это значит? – что на самом деле реальность должна, по их мнению, идти наоборот: что не должно быть ни мира, ни свободы, жизнь должна быть при страхе, люди должны быть все униженные и т. д., и т. д.; наоборот все, надо буквы «не» поставить ко всем этим вещам, [раз] вы снимаете такую программу? Тогда о чем вы говорите? Вы какое будущее хотите увидеть?..
Вот возьмите вот это все, и тогда вы увидите, куда это все движется. И это говорит о том, что нет перспективы, не знают они, какая перспектива. В этом большая сложность. Но это и есть содержание нашей работы, это и есть самое важное.
Сергей Бунтман: Интересно здесь пишут: «Путин родился при Сталине, он человек другого мира, в эпоху интернета неуместный во всех смыслах». Мало ли кто родился при Сталине, мало ли кто родился в сталинские времена… Вы считаете, что это вообще зависит от того, при ком ты родился, что ли, твое развитие?
Григорий Явлинский: Нет, это вряд ли, я должен сказать…
Сергей Бунтман: Это ерунда.
Григорий Явлинский: …потому что Сахаров там еще родился…
Сергей Бунтман: Ну хотя бы.
Григорий Явлинский: Извините, я там родился…
Сергей Бунтман: Да еще несколько человек на свете.
«Какова сейчас ситуация с молодежным „Яблоком”? Не нахожу внятной информации на текущий момент».
Григорий Явлинский: Все работают, очень много вкладывают сил, очень много усилий; активность очень большая. Я вот был на публичной встрече – очень много молодых людей, очень большой интерес ко всему происходящему.
Понимаете, вот я с молодежью разговариваю, и люди понимают, что многие «яблочники» пожертвовали карьерой, свободой, здоровьем (некоторые – даже жизнью) ради тех идей. Вот приходите когда-нибудь в офис «Яблока» – вы увидите на стенке перечень портретов людей, которые отдали свою жизнь за то, чем мы занимаемся. Поэтому когда нам начинают рассказывать, что надо было туда, сюда, объединиться, разъединиться… – люди жизнью платили за те взгляды и за те цели, которые мы ставили перед собой.
Будущее за тем, что делает «Яблоко» вот уже более 30 лет, это и есть самое главное.
Но я должен сказать вам, что сами выборы уже очень специфические. Я ведь много раз участвовал в выборах, я участвовал в выборах 11 или 12 раз (в разных выборах, в думских и в президентских), но такого вот, как сейчас… На дебаты никто не приходит, вы знаете об этом?
Сергей Бунтман: Нет…
Григорий Явлинский: Вот, а я вам расскажу. Вот Памфилова сказала, что в Архангельске и в Пскове на дебаты пришел всего один кандидат. Но и это не предел: в Карелии, Башкирии, Крыму, Рязанской, Тульской, Ленинградской областях зафиксированы случаи, когда на дебаты не пришел вообще никто. Вот такие выборы. Еще какие-то вопросы будут?..
А почему? А потому что им не о чем спорить; они о-ди-на-ко-вы-е, им не о чем спорить, поэтому вполне понятно, что они не приходят на дебаты. Было бы «Яблоко», были бы дебаты, а «Яблока» нет – им не о чем спорить, и они не хотят спорить друг с другом. Это факт, это официальное заявление Памфиловой, я не могу вам об этом не сказать.
Будущее – это опора на людей, на граждан, на народ, это работа в их интересах, и тогда есть возможность. Нельзя терять будущее; вот что сейчас самое главное для России – нельзя терять будущее. А что такое будущее по-настоящему?
Сергей Бунтман: Вот здесь спрашивают: «Ну ладно, мир, будущее – а какое будущее?»
Григорий Явлинский: А будущее, когда главным является человек, его свобода, его человеческое достоинство, вот какое будущее. Его жизнь, его достоинство, его свобода, его творчество, его возможности – вот что такое настоящее будущее. Будущее во имя и вокруг человека не как потребителя, а как личности с большой буквы – вот для этого и нужны все те условия. От этого и зависит, кстати говоря, что будет с Россией в XXI веке и где она будет находиться, – от того, сможем ли мы сделать так, чтобы главным был человек.
Еще очень большой, отдельный вопрос – это искусственный интеллект и угрозы, которые оттуда идут, но это все-таки передача не во время выборов. А то, что у нас, по-моему, 40 миллионов избирателей будут голосовать электронно, отвечает на вопрос, какие будут результаты.
Сергей Бунтман: Вот спрашивают, неоднократно спрашивают…
Григорий Явлинский: Да, пожалуйста.
Сергей Бунтман: Я задам этот вопрос: «На т. н. новых территориях и в Крыму у вас не было кандидатов?»
Григорий Явлинский: Списков не было нигде. Некоторые люди захотели быть одномандатниками, но списков у нас там нет.
Сергей Бунтман: Ага… Да-да, Рыбаков говорил. (Здесь ссылаются, что Рыбаков уже отвечал на этот вопрос.)
Григорий Явлинский: Да.
Сергей Бунтман: Все правильно.
«Будущее – это дети, а детей мало – значит, нет и будущего». А почему детей мало?
Григорий Явлинский: Вот и все, вот и ответ. Знаете, почему? Потому что нет уверенности в завтрашнем дне. Один ребенок – понятно (это смысл любой жизни), а вот уже дальше… Надо видеть перспективу.
Сергей Бунтман: Мне очень хочется увидеть перспективу, дорогие друзья, очень хочется: у меня 25 июля родился внук – я очень хочу.
Григорий Явлинский: Это кто-то пишет так?
Сергей Бунтман: Нет, это я это говорю.
Григорий Явлинский: А, это вы говорите?
Сергей Бунтман: Это я говорю, что я очень хочу.
Григорий Явлинский: А-а-а. Так у вас особое положение: вы в соответствии со своими профессиональными возможностями и своими профессиональными достижениями боретесь за это будущее. Вы вот разговариваете с людьми несмотря на угрозы, несмотря на страх, который вокруг этого, несмотря на то, что перспектива очень непростая. Вы не отошли ни на один шаг от той позиции, которую вы занимали 10, 20, 30 лет – столько, сколько я вас знаю. Вот поэтому…
Сергей Бунтман: Вот мы много говорим еще о том, что будет после. Вот когда здесь был после этого судебного решения позорного про «Яблоко» Николай Рыбаков, ему задавали все вопросы про план Б. Это действительно сохранение прежде всего себя нормальным и ответственным человеком?
Григорий Явлинский: Да, несмотря ни на что. Да, сохранение веры, сохранение души, сохранение достоинства. Извините, я от себя добавлю: сохранение любви к своей Родине и к ее будущему, к детям не только своим, а еще и к следующим поколениям, за жизнь которых воевал мой отец, которым он посвятил всю свою молодость. Для меня это очень большая ответственность, и я делаю в этом отношении все, что могу; ошибаюсь, исправляю, но делаю все, что могу.
Сергей Бунтман: Вы знаете, вас попрекают тем, что как вы можете говорить о демократии, говорить о том, что делали коммунисты, когда у вас отец был член партии и т. д. Ну и что?
Григорий Явлинский: Я не знаю, в чем вопрос.
Сергей Бунтман: Я тоже не понимаю, в чем вопрос.
Григорий Явлинский: В чем здесь вопрос?
Главное в моем отце то, что он мой отец, и я его безгранично уважаю. А во-вторых, он прошел всю войну: он начал ее рядовым, а закончил старшим лейтенантом. Для меня это самое высокое мужское достоинство и мужская оценка.
И всю жизнь после войны он посвятил тому, что работал с беспризорными детьми, спасал беспризорных детей, оставшихся без родителей. И всю свою жизнь – до последнего вздоха, до последнего дня – он посвятил тому, что все делал для того, чтобы нормальную жизнь дать детям, у которых не было или которые потеряли так или иначе родителей. Вот что делал всю жизнь мой отец. Ну вот.
Сергей Бунтман: Почему-то считается, что вот любить свою Родину означает принимать все, что она делает. Вот вы говорите, защищал свою Родину, – а сейчас вот разве не защищают Родину?.. Не знаю.
Григорий Явлинский: Нет, любить своего ребенка, как и любить свою Родину, – это значит думать о его будущем, вот и все. Вот это и есть самое главное: понимать будущее вашего внука, ваших детей. Это же, на мой взгляд, касается и моей страны – думать и нести ответственность за будущее страны. Вот все, что мы с вами сегодня обсуждаем в связи с выборами, в связи с «Яблоком», – это и есть вот то, что самое главное.
Сергей Бунтман: Знаете, один из самых потрясающих людей в нашей истории и истории Государственных Дум, Василий Маклаков, когда после войны он был в посольстве СССР… Пригласили целую группу эмигрантов, и посол Большаков всех убеждал, что они должны перейти просто на сторону, неукоснительно перейти на сторону существующей власти в Советском Союзе (потому что Родина – это мать), на что Маклаков ответил очень вежливо: «Да, это мать, и мы любим свою мать, а не ее болезни».
Григорий Явлинский: Ну вот есть разные ответы.
Сергей Бунтман: Но это о том же, о том же ответ.
Григорий Явлинский: Если мать болеет, значит, надо ей помогать, лечить ее, а не ненавидеть.
Сергей Бунтман: «Понимаю, что вопрос в некотором смысле из области фантастики, но если бы „Яблоко” прошло в Госдуму, могли бы вы вступить в коалицию с какой-нибудь из партий?» – спрашивает у нас зритель.
Григорий Явлинский: Нет. С учетом того, как они голосуют, – нет. Они по всем вопросам голосуют [одинаково].
Иногда бывают голосования, связанные, например, с тем, где построить стадион, для того чтобы там было хорошо играть в футбол, – в таких случаях можно и проголосовать вместе с кем-то. Так бывает, но это редко очень, это я вам просто с улыбкой говорю.
Ну конечно, бывают технические события; так было когда-то, когда мы были в Думе.
Сергей Бунтман: Бывают гуманитарные события…
Григорий Явлинский: Да-да. По политическим вопросам, по принципиальным вопросам, по вопросам будущего – только в тех случаях, когда действительно позиция совпадает.
Сергей Бунтман: Вопрос, который задает Федор, 20 лет (это из тех людей, в общем-то, которым надо жить в нормальной стране впоследствии, долго): «Григорий Алексеевич, как экономист скажите, какие последствия авторитарного подхода к управлению могут быть в будущем и какие из них видны сейчас». Если просто, коротко сказать (потому что нам еще надо одну вещь прочитать).
Григорий Явлинский: С точки зрения экономики я хочу сказать вам самое главное: особенность нашей системы в том, что давление на людей может быть просто безграничным. Поэтому в таких регионах, как Москва, будет сохраняться более-менее (с ростом цен, конечно) нормальная экономическая ситуация, которая соответствует сегодняшней, а в регионах будут все бо́льшие трудности – особенно с учетом того, как сейчас строятся взаимоотношения в части ВПК и гражданской экономики.
Сейчас гражданская экономика очень теряет свои возможности, потому что главный акцент делается на ВПК. Они все время пульсируют, меняются в связи с тем, что происходит на Ближнем Востоке, в связи с тем, что происходит с ценами на нефть, с ценами на газ (там очень большая разница)…
Но с точки зрения среднесрочной, не говоря о долгосрочной, перспективы очень большую тревогу вызывает состояние российской экономики, очень большую тревогу вызывает.
Сергей Бунтман: «Здравствуйте. Буду голосовать за „Яблоко” в Махачкале. Многие знакомые, которым я рассказывал про партию, все еще думали, что вас сняли. Я хотел предложить запустить в соцсетях флешмоб „За мир и свободу!”». Все больше появляется людей…
Григорий Явлинский: Ну вот.
Дорогие друзья, я вам очень благодарен, но хочу подчеркнуть: голосование за «Яблоко» и поддержка «Яблока» – это голосование ваше за себя, за вас, за нашу страну, за будущее. Это не за то, чтобы Сидоров, Иванов, Петров были в Государственной Думе, сейчас не об этом речь. И вся кампания, которую построило «Яблоко», – это кампания о вашей жизни, а не о зарплате Сидорова, Иванова, Петрова в Государственной Думе, я прошу это понять.
И поэтому люди рисковали, рискуют, попадают в тюрьму, им угрожают, а они все равно борются за будущее своей страны мирными способами, мирными способами пытаются объяснить, какая перспектива. И поэтому ваша поддержка имеет ключевое значение: голосуйте за кандидатов «Яблока», а если их нет, не голосуйте.
Сергей Бунтман: У нас есть возможность прочитать цитаты немножко?
Григорий Явлинский: Тут я бы просто хотел…
Представьте себе, последняя речь, Лев Шлосберг говорит: «С момента принятия Конституции в России в декабре 1993 года прошло без малого 33 года. Как наша страна дошла до такой жизни? Каждый год из этих 33-х государство совершало действия, отменяющие и умаляющие права и свободы человека и гражданина. Российское государство, получив уникальное окно исторических возможностей, не смогло избавиться от родовых пятен предыдущей эпохи за три десятилетия, большевизм продолжается». Вот о чем говорит Шлосберг. Конечно, здесь больше…
А я хочу еще сказать, что говорил Круглов: «Мы видим, что этим летом огромная потребность у людей проявилась в нормализации жизни, потребность в мире. Огромное количество россиян посчитало возможным заявить открыто, что они не считают нормальным происходящую трагедию. Они высказались за нормализацию жизни, за жизнь без страха; за то, чтобы за позицию, за слова людей не сажали бы в тюрьмы; за то, что они хотят видеть в Государственной Думе политическое представительство своих взглядов, своих потребностей, нормализацию жизни».
Вот когда люди на заключительном заседании (которое дает одному 11 лет, другому – 7 лет) говорят вот такие вещи в заключение, как последнее слово, это дорогого стоит. Вот с чем мы к вам обращаемся – голосуйте за свое будущее.
Сергей Бунтман: Да. Так что, друзья мои, действительно, думайте об этих выборах.
И мне кажется, что если есть хоть малейшая возможность дать именно проявиться и громко прозвучать именно этим взглядам о нашем с вами будущем, это надо делать. Это надо делать обязательно! Вот нет так нет, называется, а вот…
Григорий Явлинский: Спасибо! Мы сделали все, что смогли, чтобы предоставить вам такую возможность. И спасибо за поддержку!
Сергей Бунтман: Да. Так что теперь уже мы встретимся после выборов с Григорием Алексеевичем.
Григорий Явлинский: Да.
Сергей Бунтман: Обязательно встретимся и будем продолжать говорить о настоящем, которое должно вести не в пропасть, а в будущее.
Спасибо большое!
Григорий Явлинский: Да, спасибо вам большое! Берегите себя, будьте здоровы!
Сергей Бунтман: Спасибо!
