Политическая напряженность в стране, вызванная массовыми акциями протеста пенсионеров и других категорий льготников против монетизации льгот, пошла на спад. Уступки правительства и местных властей свое дело сделали. Казалось бы, сейчас самое время попытаться проанализировать причины столь неожиданного (для
властей) и мощного всплеска социального протеста и во избежание подобных эксцессов в будущем внести соответствующие коррективы в политику. Но, судя по реакции наших верхов, они склонны считать происшедшее досадным сбоем в хорошо отлаженной программе. Другой подход – может быть, еще более популярный в верхах
– заключается в поисках виновных.

Министр Зурабов в данном случае оказался наиболее подходящим номинантом на эту роль. Против высокопоставленного чиновника, выражаясь хоккейной терминологией, были запущены жесткие силовые приемы. Неожиданно даже всплыло дело по обвинению его жены в незаконной аренде недвижимости в заповедном уголке Подмосковья. Злые языки утверждают, что и получившая широкий резонанс голодовка депутатов от фракции “Родина” также в немалой степени была обусловлена попытками отправить Зурабова в отставку. Руководство фракции решило, что дни оскандалившегося министра сочтены, и потому отважилось на столь рискованную в политическом смысле акцию протеста без санкции кремлевских кураторов.

По большому счету вся эта возня вокруг Зурабова напоминала плохо отрежиссированное представление. Ведь кому-кому, а опытным российским политикам хорошо известно, что министр – всего лишь исполнитель, реализующий выработанную правительством и одобренную Федеральным собранием программу. Но законы публичной политики, как говорится, обязывают, чтобы “злодей” был представлен публике со всем ужасом своих дьявольских замыслов. Впрочем, российские верхи используют игру в поиски виноватого не только для того, чтобы поднабрать политических очков в глазах избирателей. В конце концов, и до выборов еще довольно далеко. Еще более важно для обитателей политического олимпа то, что эта игра открывает новые возможности для передела сфер влияния во властных структурах, для продвижения на высокие должности своих креатур и выталкивания в политическое небытие конкурентов из других команд. Вот и сейчас коридоры власти оказались наводненными потоками всевозможных слухов о предстоящих кадровых перемещениях и назначениях по итогам январских событий. Однако если такие значительные изменения и состоятся, то наверняка не в ближайшее время. Ведь не в традициях президентской власти в России осуществлять кадровые перестановки под влиянием каких-то событий или под чьим-то давлением – в этом случае изменения будут восприняты как признак слабости Кремля. Так что и на сугубо символическом уровне всплеск политической напряженности в начале 2005 года ничем не завершится.

Значит ли это, что о январских событиях можно забыть, а их историю “сдать в архив”? Думается, вряд ли. Если правительство и дальше намерено проводить болезненные социальные реформы в таком же жестком административно-бюрократическом стиле, не советуясь с обществом и даже не пытаясь учесть различные позиции, в нем представленные, то через некоторое время неизбежно столкнется с новыми рецидивами протеста, возможно еще более мощными и радикальными, чем недавно завершившиеся. Ведь вне зависимости от восприятия этих событий властными элитами российское общество успело почувствовать, что, увы, к нему начинают прислушиваться только тогда, когда оно начинает говорить с властью языком жестких уличных требований.

Нельзя забывать о негативных последствиях происшедшего и в экономической сфере. Вопреки бодряческим заявлениям официальных лиц о быстром урегулировании возникших проблем с пенсионерами правительство, пойдя на увеличение компенсационных выплат и возобновив субсидии регионам, фактически запустило маховик инфляции и начало на ходу перестраивать систему межбюджетных отношений. Это может обернуться серьезным подрывом финансово-экономической стабильности, стоившей российскому обществу таких огромных усилий и издержек, что уже никакие высокие цены на нефть не помогут. А в такой ситуации правящей элите придется уже думать не о реформах, а лишь о собственном политическом выживании.

Другие статьи политолога Андрея Рябова, сотрудника Центра Карнеги в Москве читайте в рубрике Умный разговор.